Небо и земля. Том 2

- Я не могу отпустить, - сказала Айями жалобно. Язык еле ворочался, тело превратилось в желе. К навалившейся апатии добавилось покалывание в мышцах. Руки онемели, ухватившись намертво за подолы рубах.

Веч помог. Осторожно отцепил пальцы от ткани и снова гладил, целовал запястья и ладони, погружая Айями в дрёму. И больше не заикался о том, что физическая близость - всего лишь физиология.

- Я не знал, что амидарейки отключаются после занятий любовью, - сказал Веч как-то, чем привел её в замешательство. Точнее, поверг в смущение легкостью, с коей упомянул о светлом чувстве.

- И я не знала, - призналась, покраснев, и на лице Веча промелькнуло самодовольство.

Айями невольно сравнивала его с мужем.

Отношения с Микасом плыли на волнах романтики. Он лелеял, восхищался, боготворил. Возвел пьедестал для своей королевы и ставил удовольствие Айями превыше своего.

Веч придерживался того же мнения, однако сокрушал напористостью и энергичностью. И непредсказуемостью. Брал своё, не забывая об Айями, но выжимал досуха. Доводил до грани, на которой она забывала о скромности и стеснительности. Пробуждал животные инстинкты, спрятанные глубоко в подсознании. Как-то Айями заметила на его спине странный рисунок в виде полумесяцев. Оказалось, полукружия её ногтей оставили след на загорелой коже, но Айями, хоть убей, не смогла припомнить, когда это произошло.

"Айями пугали изменения, с ней происходящие. Она испытывала неловкость, а Веч, наоборот, довольно насвистывал, словно для него необузданность в постели являлась обычным делом.

Ему нравилось наблюдать за Айями. Однажды очнувшись ото сна, она поймала Веча за рассматриванием. Вот как эксперт по живописи любуется подлинником дорогой картины, так и Веч изучал лицо Айями. Она машинально потерла щеку.

- Грязная?

Он покачал отрицательно головой и ничего не ответил.

В другой раз Айями вынырнула из дрёмы, оттого что губам стало щекотно. И поняла: это Веч водит пальцем, прикасаясь с осторожностью. Айями взяла и укусила за палец, не размыкая век. Несильно прижала зубами, зато эффект оказался неожиданным. Веч сперва оторопел, а потом захохотал.

- Больно? - спросила Айями, испугавшись смелого порыва.

- Нет, - давясь смехом, Веч стиснул её в объятиях.