Небо и земля. Том 2

О гангрене и культях вместо ног... О марш-броске под проливным дождем и о грохоте артиллерийской канонады... О коленопреклоненных солдатах с молитвой Триединому в последние минуты перед боем... О трех сутках без сна в ожесточенном сражении и об изрытой воронками земле, ставшей братской могилой сотням доблестных воинов...

Она верила, что провожает мужа на войну за подвигами. Надеялась, что он вернется домой, освободив страну от врагов. И не подозревала, что стала женой захватчика. Интервента.

Муж погиб, но она отказалась от тхики* и предпочла бороться за жизнь и за своего ребенка.

Как этого добиться?

Попробовать сделать так, как она хочет. Хотя амодарки - не те женщины, которые достойны нежности. Да и Веч не смог бы её дать. Разучился за годы войны. И не хотел пытаться.

- Здорова, вынослива. Таз широкий. Сможет родить и не раз, - вынес вердикт Оттин. - Если прикипел, пользуйся.

Веч тогда вернулся в гарнизон и первым делом двинул в госпиталь, чтобы самолично узнать о результатах осмотра. И засомневался в словах доктора.

- Амодарки же... - взгляд закружил по кабинету, - ...как прутики в венике. Тонкие и хилые.

- Зато гибкие. Не смотри, что тоща как спичка. При надлежащем присмотре принесет младенца и не пискнет. А ты, смотрю, начал закладывать за воротник.

"- Проверяю конфискат. В последнее время его бодяжат. Из-под полы продают, а солдаты травятся, - отшутился Веч.

- Не переусердствуй с дегустированием, - ответил Оттин без тени усмешки и разрешил: - Ступай.

Веч ушел, а спустя несколько дней возвратился. С просьбой.

Оттин выслушал с непроницаемым лицом.

- Ладно, пособлю. Но зачем усложнять и изобретать?

Веч не стал объяснять и оправдываться. Сказал: ""Так надо"", и достаточно на том.

- Много времени не займет.

Вернулся минут через пять.

- Здесь таблетки, здесь инструкция, - сказал, протягивая аптечный флакон и листок бумаги. - Этикетка соответствует.

Веч спрятал склянку в карман.

- Я твой должник.

- Нет. Ты подал интересную идею. Предложу Лигху распространять препарат среди амодарок. Под большим секретом и из-под полы, - ввернул доктор слова Веча, когда-то им сказанные.

- Дельная мысль.