Небо и земля. Том 2

- Кто мзду приносит, тот хороший, а кто в ноги не кланяется, тот враг тебе и родной стране?

- Мы с мужем не за себя радеем, а за ребятушек наших! - ответила Ниналини с жаром. - Для Сопротивления животов своих не жалеем.

- Подержи-ка. - Эммалиэ протянула сумку с капустой, и Айями, удивившись, взялась за ручки.

А соседка направилась к женщинам.

- Так что же ты горланишь о партизанах на всю округу? - спросила, подойдя вплотную к Ниналини. - Не боязно, что услышат чужие уши и донесут даганнам?

- Кто ж донесет? Здесь все свои, - ответила та, хорохорясь.

- А может, оттого кричишь без страха, что к Сопротивлению не имеешь никакого отношения?

- И не совестно тебе клеветать? - взвилась Ниналини."

"- Не совестно. Потому что навела я справки у нужных людей. Не знают в Сопротивлении ни о тебе, ни о муже твоем, - сказала Эммалиэ.

- У кого спрашивала, глупая бабёнка? - усмехнулся снисходительно Сиорем. - У сплетниц на рынке?

- Я же ясным амидарейским языком поясняю: племянник шлет приветы, - отозвалась раздраженно Эммалиэ.

И, развернувшись, направилась по тропке к подъезду.

Ниналини не нашлась с ответом. Лишь дойдя до подъезда, Айями услышала, как она окликает товарок:

- Эй, подруженьки, куда вы? Неужели поверили старой ведьме? Во сне ей приснилось, вот и мелет, что ни попади.

- Зря вы с ними связались, - сказала Айями, когда дочка, помыв руки, бросилась к Динь-дон, по которой успела соскучиться.

- Не сдаст. Побоится. Будет всех уверять, что я тронулась умом и навыдумывала с три короба.

- А кого ему бояться? Не нас же.

- Партизан. Айрамира. Каюсь, присочинила я немного и припугнула для острастки. Зато Сиорем не решится открыть рот, потому что Сопротивление не простит предательства. Ну, я так думаю, - хмыкнула Эммалиэ.

Разговаривая резко с соседом, она бросала обвинения не впустую, потому как те имели под собой основания.

Намедни поздним вечером в дверь постучали. Десятый час уже, кого нелегкая принесла? Может, от господина подполковника доставили очередную посылку? Плохо, что в ставнях нет щелей, и не видно, как машина подъезжает к дому.

- Кто там? - спросила Эммалиэ, подойдя к двери.

- С весточкой от вашего племянника, - произнес глухо мужской голос и кашлянул.