Небо и земля. Том 2

По указанию Веча заключенных вывели на задний двор. Рожи у них опухшие, в ссадинах и кровоподтеках.

- Их не пытали, - успокоил Веч, заметив расширившиеся глаза мехрем. - Оказали сопротивление при задержании. Узнаешь кого-нибудь?

Она долго вглядывалась, кусая губу и о чем-то раздумывая. Неожиданно Веч поймал себя на мысли, что вот они сейчас стоят у окна как обычная семейная пара, пусть и с небольшим стажем, и он ни злиться на нее не может, ни сердиться, и устал повторять ей бесконечное число раз, что благодарность соотечественников не стоит и длева*.

Один из амодаров поднял голову, и она испуганно отшатнулась от окна.

- Отсюда не видно, - заверил Веч. - Твой знакомый?

Она помотала головой. И ведь вот он, амодар, под охраной, закован в наручники, он не сбежит и не наведается снова в гости, требуя дань жратвою и спичками, и преступление его доказано, а мехрем упорно его покрывает и будет покрывать, уверяя, что амодар непричастен к грабежу, и надеясь облегчить его участь.

В мертвецкой Веч движением фокусника отбросил полог с лиц убитых.

Мехрем держалась стойко, разве что на бледных щеках запылал румянец. Видимо, впечатлилась близостью слегка несвежих мертвяков. Выдержки мехрем хватило ненадолго, и она отвернулась от нелицеприятного зрелища.

- Узнаваемы?

Она молча кивнула.

- Который?

Мехрем указала на труп амодара, которого ""товарищи"" опознали как лидера банды и по совместительству трепливого хвастуна.

- Он приходил? - уточнил Веч и получил ответный кивок. - И не раз?

Снова кивок.

- И не в одиночку?

Опять кивок.

- Он приходил с ""товарищем"", - сказал Веч утвердительно.

Снова кивок.

- И того, с кем приходил, среди них нет. - Взмахом руки он обвел тела, и мехрем кивнула.

Вполне ожидаемо. Веч бы не удивился, узнав, что бывшие ""товарищи"" перегрызлись из-за добычи не на жизнь, а насмерть, и победил сильнейший.

- Один из них служил с твоим родственником.

Секундная задержка, и последовал кивок.

- Их расстреляют? - кашлянув, подала голос мехрем.

- Да. Чтобы было неповадно другим.

- Это плохо, - вырвалось у неё.

- Чем плохо? Боишься, что в городе узнают причину их расстрела?

Мехрем глянула возмущенно, мол, зачем спрашивать, если ответ итак на поверхности.