(Не) Желанная герцогиня

Я знала, что он не может напасть. Иначе радрак его убьет. И скажу честно, мне было бы жаль терять такого защитника.

Пусть считается, что радрак — это стопроцентная гарантия того, что он умрет, но ведь должны быть исключения из правил! Должна же быть лазейка, позволяющая снять этот страшный артефакт? Неужели создатели не понимали, что их детище могут использовать совсем не во благо? В конце концов, выжила же я почему-то после того, как помогла вороне…

Фолк выглядел странно, его глаза казались пустыми, руки мелко подрагивали, губы что-то беззвучно шептали.

И тут земля задрожала… Меня закачало, и я с трудом удержала равновесие. Раздался оглушительный треск — Илюшину корзину кто-то пробил. Да и не только ее, моя перина тоже трещала от воздействия из-под земли. Не знаю, что за твари полезли, кроты ли, крысы… Я словно наблюдала за всем со стороны.

Я ничего не могла сделать, моя магия не отзывалась, я совершенно ее не ощущала. Только прыгала дурной козой по шатру, прижимая к себе сына.

Шатер быстро наполнялся лесными тварями, а мы не могли выйти или хотя бы прорвать прочную ткань. У Арлиса пошла ртом кровавая пена, он завалился на бок. И в тот же момент кто-то, наконец, продрал ткань и буквально вытащил меня на улицу.

— Волк! — крикнула я. — Не бросайте его!

Перед моими глазами ярко вспыхнул огонь. В шатер кидали факелы…

— Ваша светлость, Вы в безопасности, — Аррияш держал меня крепко и настойчиво тащил прочь от шатра. — Не смотрите.

Плакал Илья в моих руках, верещали в огне крысы, воняло жженой плотью, а я не могла отвести взгляда от шатра…

— Не стрелять! — грянул прямо над ухом Аррияш. — Не стрелять!

Из пылающего шатра полз волк… Не просто полз, он еще и Арлиса тащил…

Глава семнадцатая

Той ночью мы потеряли пятерых моих людей и троих солдат из королевской стражи, остальных удалось спасти.

По словам Аррияша и Тирхана могло быть хуже. Намного хуже. Да я и сама это понимала.

Нам всем очень повезло, что днем я спасла ворону, оказавшуюся морфом с радраком на шее, а пара детишек так и не выпила отвара и никак не могла угомониться и лечь спать.