(Не) выдаваемая замуж (СИ)

Мало что так же важно для человека, как семья.

Булат осиротел рано и не любил вспоминать об этом. Его отец, человек с именем звезды, уважаемый человек — про него много можно было сказать хороших слов — погиб нелепо. Если так можно сказать о смерти. Полез разнимать пьяную драку молодежи и получил ножевое в живот. Не довезли, не спасли. Мать пережила его на два года. Как говорили немногочисленные родственники — угасла от горя. Может, и так.

Но к началу профессиональной карьеры у Булата уже не было ни отца, ни матери.

И вот теперь…

А если из-за произошедшего от Гульнары отвернется ее семья? Нет, такого в наше время быть не должно, но он совсем не знает этих людей.

Как ни крутил ситуацию Булат, выход вырисовывался только один. Мало ли что эта смелая девочка с дерзким взглядом из-под длинных ресниц гордо задрала свой хорошенький носик и сказала: «Ничего делать не надо». Ты еще слишком мало знаешь о жизни, Гуля.

Есть события… есть поступки… про которые невозможно сделать вид, что их не было. Мы с тобой уже ступили в эту петлю. И выход из нее только один.

Вчера он сидел и пил чай, уткнувшись в телефон. В какой-то момент поднял голову. И вспомнил, как Гуля сидела вот на этом самом месте, напротив него. Слегка растрепанная черная коса, тонкие пальцы обнимают кружку, платье чуть сползло с плеча. Она сидела тут неделю назад.

Ты хочешь, чтобы она сидела тут снова? Тогда делай что-нибудь.

— Простите?..

Булат осознал, что выпал из диалога.

— Да-да, сейчас.

Под любопытным взглядом девушки Булат вытащил из кармана смартфон и набрал номер Ватаева. Уважаемый начбез ответил сразу.

— Слушаю, Булат Альтаирович.

Однако. Надо же. Записал все, включая отчество. Впрочем, это же начбез. Для таких людей в важных вопросах мелочей нет.

— Марат Хасанович, я тут внизу, на ресепшене. Хотелось бы встретиться. Есть разговор.

— Понял. Сейчас решу.

В трубке застучали короткие гудки.

Спустя несколько секунд Булата уже торжественно препровождали к лифту. А потом так же торжественно, только красной дорожки, фанфар и почетного караула не хватало, препроводили к кабинету начальника службы безопасности «Балашовского». А там уже дверь открыта, и сам начбез на пороге.

Ватаев кивнул сотруднице ресепшена, отпуская, потом протянул руку для рукопожатия. Оно оказалось у начбеза предсказуемо крепким.