(Не) выдаваемая замуж (СИ)

А она никак не могла поднять взгляд и смотрела прямо на то, что было перед ее глазами — на треугольный вырез белоснежной рубашки и поросль угольно-черных волос в ней. И в голове звучал вопрос Лианы: «Этому дашь?».

Пророческий вопрос, получается. Ой, мамочка…

На ее плечо осторожно легла тяжелая мужская рука:

— Гуля… У тебя все в порядке?

Гульнара рефлекторно перевела взгляд на его руку на своем плече. Огромная у него рука, просто огромная. И кисть, и запястье тоже покрыты темными волосами. Он ее этими руками… Гульнара на секунду зажмурилась, а потом широко раскрыла глаза и посмотрела Булату прямо в лицо.

— Здравствуй, Булат. Мне надо поговорить с тобой.

Он кивнул практически без паузы. Обернулся к мужчине рядом.

— Вадим Юрьевич, как договорились.

— Увидимся в операционной, — отозвался тот и быстро зашагал дальше, мимо стойки администраторов. А Булат кивнул Гульнаре, развернулся и пошел в противоположном направлении. А она уже не так победно зацокала следом.

Коридор, потом еще один.

Это оказался не врачебный кабинет. В нем не было никакого оборудования, кушеток, ширм, чего-то еще, что указывало бы на то, что это кабинет врача. Обычный офисный кабинет. Рабочий стол, офисное кресло, компьютер, пара мягких кресел и журнальный столик между ними.

— Выпей. Ты бледная. Душно? Нашатыря?

Гульнара моргнула. Обалдеть. Вот чего она не ждала, так это предложения нашатыря. Гульнара залпом выпила холодной воды, чудом не облившись. Поставила пустой стаканчик на стол. Булат из соседнего кресла смотрел на нее внимательно, и под этим взглядом было невозможно говорить.

А что. Отличная композиция.

Булат посмотрел на композицию. Не мимолетным взглядом. Внимательно. Потом даже наклонился чуть ближе к столику, будто чтобы лучше разглядеть.

Знакомым движением поползла вверх широкая темная бровь.

— Что это, Гульнара?

— Тест на беременность.

— Это я вижу.

— Этой мой тест на беременность. Я беременна.