(Не) выдаваемая замуж (СИ)

Эти руки сегодня сделали что-то очень важное, вдруг поняла Гульнара. Наверное, она качнулась к Вадиму или сделала еще какое-то движение — но Вадим вдруг спрятал руки на спину.

— Не вздумай.

Гульнара всхлипнула. Вадим снова тяжело вздохнул — и раскинул руки. Гуля без промедления бросилась к нему и прижалась, чувствуя, как эти спасительные руки гладят ее по голове. На темно-синей ткани медицинской рубашки стало расплываться темное пятно, но слезами в этом месте никого не удивить.

— Ну, прости меня, — выдохнул ей куда-то на ухо Вадим.

Гуля шумно выдохнула и разжала руки. Отступила.

— Правда?

— Клянусь.

Гульнара выудила из сумочки упаковку бумажных платочков и воспользовалась советом Вадима. А потом еще раз выдохнула.

— Рассказывай. Все.

— Все самое главное я тебе рассказал.

— Теперь рассказывай не главное.

Вадим хмыкнул и взял Гульнару под локоть.

— Давай отойдем с прохода.

Они устроились в нише у окна.

— Ну, смотри. По ноге. Перелом сложный, оскольчатый. Но привезли быстро, на стол положили быстро, так что все должно быть нормально. С вероятностью девяносто девять процентов с ногой все будет в порядке.

— Почему не сто процентов?

— Потому что мы не боги.

— Поняла, — вздохнула Гульнара. — Что еще?

— Настраивайся на долгую реабилитацию из-за сложного перелома и пластики в суставе.

— Что?

— Тебе предстоят непростые месяцы. Булат терпеть не может беспомощность. Бесится прямо. Он на рыбалке в палец крючок засадил и оперировать не мог две недели. Я думал, он меня сожрет — будто это я виноват в том, что он крючок в палец воткнул и теперь не может работать.

Сейчас Гульнара могла только теоретически представить себе то, о чем говорил Вадим. Все мысли ее по-прежнему занимало другое. Главное, что Булат живой. Главное, что сохранили ногу. А со всем остальным… со всем остальным они справятся.

— Я справлюсь.

— Есть и хорошие новости.