Не верь мне

— Вся эта затея с выставкой — обман?

— Нет, — Олег прижимал меня к своему боку, и я шла, полностью погруженная в атмосферу этого вечера, погруженная в него. — Она действительно проходит в Калининграде, и мы пойдём туда. Но я мог бы послать любого сотрудника своей компании.

— Мерзавец, — беззлобно выдохнула я и снова зевнула.

— Мне было плохо без тебя, Лин, — услышала я неожиданно. Подняла на Олега взгляд и тут же ощутила на губах поцелуй. Вначале мягкий, лёгкий, а потом… Потом ладони Олега обожгли меня сквозь синий бархат.

Не стесняясь никого, Громов остановился и, прижав меня к себе, принялся целовать с абсолютным на это правом. Глубоко, жадно и неспешно, заставляя меня дрожать в его руках, терять последние крупицы здравого смысла. Голова плыла, но причиной тому было совсем не вино и не усталость. Его близость, твёрдость его мышц под ладонями, его губы. Он целовал меня мягко, но в то же время напористо и невероятно сладко.

— Мне плохо без тебя, девочка, — выдохнул, оторвавшись от моих губ. Обхватил моё лицо ладонями и заглянул в глаза.

— Ты же вернешься домой?

— Если ты поклянешься, что все, что ты сегодня мне сказал — правда, — на выдохе, пытаясь унять колотящееся сердце.

— Клянусь, — без раздумий выговорил он.

— Тогда… — я отстранилась, улыбнулась. — Тогда я подумаю.

Сказав это, я пошла по мягкому ковру, расстеленному в лобби, в сторону лифтов. Олег шел следом. Я ощущала его всем телом. Едва сдерживалась, чтобы не остановиться и не броситься ему на шею, как влюбленная идиотка, шепча признания в любви и в готовности следовать за ним куда угодно.

В это самое мгновение я чувствовала себя счастливой. Я была счастлива. Счастлива… Но всё равно до конца так и не могла отпустить тревожное чувство, не покидающее меня с тех самых пор, как я вошла в принадлежащий Олегу дом. Нет, еще раньше — с того дня, как он появился в моей жизни.

Глава 25

Алина

Проснулась я от прикосновения к плечу. Улыбнувшись, перевернулась на спину и покосилась на Олега, лежащего на другой половине постели.

Немного растрепанный, он по-прежнему оставался безупречным. Нет, даже не так. Сейчас он, пожалуй, был еще более безупречен, чем когда-либо: отдохнувший, по-утреннему расслабленный и небрежный.

— Доброе утро, — подушечками пальцев провел он от моего плеча к шее, убрал растрепавшиеся волосы со щеки."

"Я вспыхнула. Это было так… так странно… Он и я в одной постели, пусть и достаточно просторной, чтобы мы вообще не чувствовали присутствие друг друга.