Не верь мне

— Значит, я могу оставить тебя одну? — наконец я увидела на его лице улыбку.

Он погладил меня по лежащей на покрывале ладони. Едва касаясь подушечками, а меня будто током ударило. Я снова убрала руку. Спрятала под бедром. Опасливо смотрела на Олега и отчетливо понимала — не к добру моя неадекватная реакция на него. В конце концов, он женат.

Кстати, о жене.

Я было открыла рот, но Олег, бросил:

— Я скоро. — Сказав это, он снова вышел из комнаты.

А спросить я хотела, чем больна его жена, что ей необходимо обследование не в одной, а в нескольких зарубежных клиниках.

Но тут же поняла, что оно к лучшему. Не нужно мне лезть туда, куда не нужно. В личную жизнь Олега. В личную семейную жизнь. Меня это не касается так же, как не касается его моя беременность. И, в отличие от Олега, мне даже нечем прикрыться, потому что никаких клятв Гиппократа я не давала.

К тому моменту, когда он вернулся с подносом в руках, я уже с абсолютной точностью осознала, что дело это не моё. Да и вопросы про жену для Олега видимо болезненны.

Кто я такая, чтобы требовать от него ответа?

— Сладкий чай и бутерброд с рыбой. Не то, что я бы советовал есть перед сном, но тебе это сейчас нужно. Сахар и соль…

— Поднимают давление, — улыбнувшись, я подвинулась, и Олег поставил поднос рядом на постель. — Спасибо за заботу, — посмотрела на него с искренней благодарностью.

— Не за что, — садиться он и не подумал. — Не доводи свой организм до истощения.

— Не буду. Правда. Обещаю в твое отсутствие исправно опустошать холодильник, — засмеялась тихонько.

Олег ответил мне коротким, совершенно мужским смешком.

— На кухне я оставил карточку, с которой ты можешь заказывать продукты. А также номер телефона водителя. Он будет отвозить тебя в город, если потребуется.

— Спасибо, но я лучше как-нибудь сама.

— Сама ты будешь шлепать до остановки по пять километров в одну сторону, — выговорил Олег. — Поэтому, мой тебе совет, не стесняйся звонить Антону. Он в курсе и будет ждать твоего звонка.

— Ладно, — сдалась я, вздыхая. Спорить с Громовым себе дороже.

Только нервы истреплю, и все равно будет так, как того пожелает он. И что толку от моей никому не нужной гордости.

Я взяла чашку с подноса и сделала небольшой глоток. Снова посмотрела на Олега.

Мы молчали с минуту. Я все так же цедила чай, а он наблюдал за мной, не шевелясь. И лишь когда, будто опомнившись, направился к двери, я сказала:

— Обещаю, что буду хорошо себя вести.

Он обернулся, посмотрел в глаза, а после серьезно сказал:

— Надеюсь.