Не верь мне

Я не желаю тебя ни видеть, ни слышать, Макс, пойми ты это! Твой отец…

— Мой отец сделает всё, чтобы у него был внук, — прошипел Макс, вскакивая.

Всё, что он до этого момента хоть как-то пытался держать под контролем, вырвалось наружу. Лицо его исказилось яростью, в глазах появился злой блеск. Его только что не трясло. Нервно он подался ко мне ближе, и я отпрянула. Он сжал губы. Смотрел на меня в упор со смесью гнева и пренебрежения.

— Я пойду на всё, чтобы продолжать жить прежней жизнью. И если понадобится жениться на тебе, я это сделаю, Миронова.

Я едва не рассмеялась ему в лицо. Отец лишил его денег. Надо же. Не думала, что в наше время все ещё работают эти методы. Что же до угроз стоявшего передо мной Козельского-младшего… Страха я не испытывала. Вообще ничего не испытывала. Хотя… нет, все же кое-что было. Жалость. Макс вызывал во мне жалость.

— Советую тебе найти другую дуру, которая захочет родить ребенка такому, как ты, — произнесла тихо, не отводя взгляда.

— Какому такому? — красивые черты лица его опять исказились.

Я понимала, что в данное мгновение Макс ненавидит меня ничуть не меньше, чем я его. Ну хоть что-то у нас с ним взаимно.

— Ты же понимаешь, что я могу сделать так, что ты не увидишь своего ребенка, Алина, — процедил он, когда я не ответила на его вопрос.

— Не можешь, — уверенно покачала головой. — Ничего ты мне не сделаешь, Козельский. — попыталась отойти в сторону, но Макс ухватил меня за руку и дернул на себя.

— Или могу сделать так, что его вообще не будет, — едва слышно выговорил мне на ухо. — Как тебе, а, Малышка?

По телу прошла дрожь. Резко вырвав руку, я сделала шаг назад, угрожающе выговорила:

— Только попробуй.

— Попробую, — сладко улыбнулся он. — И мне ничего за это не будет. Потому что ты никто, Алинка.

Я ничего не ответила. Схватила учебник, сумку и буквально побежала к лестнице. Меня колотило, нервы звенели напряжением, на глаза наворачивались настырные слезы.

— Эй, ты куда?! — спустившись на первый этаж, я буквально столкнулась с Инной, держащей в руках два стаканчика.

— Прости, — старалась не выдать эмоций.

Нужно успокоиться. Успокоиться и сдать этот чертов экзамен! И Козельский не сможет вывести меня из равновесия! Не сможет, мерзавец!

— Что случилось? — Инна протянула мне стаканчик, кивнула на скамейку рядом.

— Козельский, — только и сказала я, забирая кофе.