(не)ваша девочка (СИ)

Обхватываю его ногами, дергаю за лацканы пиджака к себе и словно в дикой жажде целую. Опять ухожу на дно кипящего возбуждения. Вгоняет в меня член яростными толчками, от которых у меня в глазах темнеет. Мы будто животные, но именно эта звериная похоть выжигает во мне все мысли черным огнем. Не хочу нежностей, желаю вновь стать просто куклой для утех, что не умеет любить.

С глухим стоном вгрызаюсь в плечо Ромы. Ткань его пиджак поскрипывает на зубах. Внутренности скручивают спазмы болезненного оргазма, а в голове вибрирует рык Ромы.

Спазмы слабеют, и через мозг пронзает тонкая игла вины. Тут только Рома. Только он один, а Тимур… А где сейчас Тимур? Неужели его губы больше не поцелуют меня, и как я смею после близости с Ромой думать о нем. Он же оставил нас.

— Ром, — шепчу я и вдыхаю терпкий парфюм, — я должна уйти… не могу… прости… пока не поздно, дай мне уйти, а иначе…

— Да к черту Тимура, — ревниво шипит на ухо, отстраняется и вглядывается в глаза, — он ушел, Анюта.

Прикладываю к его губам указательный палец. Сейчас наговорит обидных глупостей во вспышке ревности, а потом будет стыдно. Я знаю, Тимур не уйдет из головы, а если я соглашусь остаться с Ромой, то только он должен занимать мои мысли. Он уже злится и ревнует и не стоит усугублять ситуацию.

— Я правильно делала, когда избегала вас, — ласково улыбаюсь, — и мы расходимся.

— Знаю я твои верные решения, — Рома отступает, зло стягивает презерватив и отбрасывает его в сторону, в ярости зыркнув на меня. — Какая же ты упрямая и непробиваемая сука, Одинцова.

— И я, пожалуй, вызову такси, Чернов, — свожу колени вместе. — И это тоже будет верным решением.

— Флаг тебе в руки, сильная ты наша и независимая, — застегивает ширинку, одергивает полы пиджак и покидает кухню.

Глава 51. Имею право!

Я сняла хостел на улице Строителей в старом жилом доме из серого кирпича. Из окон шестиместного номера на втором этаже открывается унылый вид на строительные работы на пустыре, на котором раньше стоял барак. Его снесли, и теперь там грохочет техника, орут рабочие. В комнате из удобств — койка, табуретка и ячейка в жестяном шкафчике для ценных вещей.