Не спасай меня

Видимо, как раз направлялся к нам… – сообщила ба. Я взглянула на Матвеева, тот только пожал плечами. С взлохмаченными волосами, в мятой белой рубашке, несколько пуговиц расстегнуто, на груди видна татуировка… – Да, решили пораньше… И уже, кстати, скоро закончим. А Мишенька как чувствовал, что я домой вернулась.

– Вы были в отъезде? – вполне искренне поинтересовался Миша. Тоже тот еще врун! Как мне у них этому научиться?

– Ладно, занимайтесь, – проговорила я, выходя из библиотеки.

Значит, Миша попался бабуле по пути в дом.

Пока Матвеев снова не принялся играть, а бабуля петь, я прислушалась. На этаже было тихо. Ангелина и Стас, разумеется, еще спят. Я спустилась на первый этаж и вприпрыжку помчалась на кухню, собираясь сообразить какой-нибудь завтрак для Миши. Каково же было мое удивление, когда я обнаружила там Веру Кирилловну. Женщина возилась у плиты, негромко работал телевизор, из открытого окна доносилось пение птиц…

– Вы дома? – воскликнула я.

– Как же! Дома. Где мне еще быть? Ведь Алла Константиновна уже вернулась… – обернувшись ко мне, улыбнулась Вера Кирилловна. – Доброе утро, Ульяна.

– Доброе! – Я почему-то смутилась. – Думала, у вас отгул…

– А кормить такую ораву кто будет?

Будто не было вчера вечеринки с диджеем, фейерверками и танцами на барной стоке… В духовке румянились пышные булочки.

– А ты чего так рано вскочила? – посмотрела на меня Вера Кирилловна.

– Есть очень хочу! – проговорила я.

– Что ж, булочки как раз поспели, – проговорила Вера Кирилловна, доставая из духовки противень с ароматной выпечкой. – Прошу!

Пока женщина отвернулась, я принялась поспешно накладывать в большую тарелку булки. Много булок. Внезапно Вера Кирилловна оглянулась и ахнула:

– Куда ж тебе столько?

– Говорю же, что есть очень-очень хочу, – промямлила я и добавила еще парочку. – Одной чашкой кофе здесь не обойдешься.

Произнесла это с невозмутимым лицом, направляясь к кофеварке.

– Ешь, как за двоих. Все в порядке? – спросила она, пока я возилась с кофемашиной.

– Ага! Не мешает немножечко поправиться, – беспечно заявила я, чувствуя, как под волосами от вранья пылают уши.

Переложила все это на широкий поднос и с трудом его подхватила.

– Ну… – Я посмотрела на Веру Кирилловну и широко улыбнулась.