Не спасай меня

 – Когда ты там рассталась со своим парнем? Два месяца назад?"

"– Тебе какое дело? – проворчала я, пялясь в окно. Небо было сегодня совсем прозрачным. – Если у тебя там свербит в одном месте, я не виновата. Я тебя не для этого к себе ночевать приглашаю.

– А для чего же?

Я резко обернулась. Миша продолжал лежать в моей постели, подперев голову рукой. Растрепанные после сна кудрявые волосы, нахальная ухмылка… Все это он говорит мне назло, чтобы вывести из себя.

– Решила помочь хорошему парню! – я постаралась сказать это с максимально невозмутимым видом.

– Тебя вообще можно вывести на эмоции? – озадачился Матвеев.

– Зачем тебе это?

– Просто интересно, – пожав плечами, ответил Миша.

– Я такая, какая есть. И меняться не буду.

– О’кей! – согласился Матвеев. – Ты нравишься мне любой.

Я подошла к кровати, схватила подушку и запустила ее в Мишу – точно так же, как вчера в Гелю. Да, не избавиться мне от этой привычки – бросаться мягкими предметами в людей. Даже разбившаяся ваза ничему не научила… Миша поймал подушку и кинул в меня.

– Я не буду снова ее в тебя кидать, – поправляя растрепавшиеся волосы, сообщила я. – Детский сад!

– А ты вроде как взрослая? – насмешливым тоном уточнил Миша.

– Вроде как! – дернула я плечом.

– Забавно это слышать от девчонки в пижаме с Микки Маусами.

– Чем тебя моя пижама не устроила? – притворно возмутилась я.

Миша негромко рассмеялся.

– Тогда, раз ты у нас такая взрослая, может, займемся взрослыми делами? – продолжил издеваться надо мной Матвеев.

Удерживая подушку в руках, я запрыгнула на кровать и принялась лупить парня. Миша ловко перехватил мои руки и притянул меня к себе. Тогда я, смеясь, начала сопротивляться. В этой шуточной борьбе мы покатились по кровати и рухнули на пол. Так нежданно я оказалась под парнем. Когда его горячая ладонь скользнула под мою майку, коснувшись живота, по телу пробежали мурашки. И смеяться в голос резко перехотелось. Мы прекратили бороться и уставились друг на друга.

В дверь кто-то постучал, но мы с Мишей даже не шелохнулись. Так и продолжили лежать, глядя друг другу в глаза. И настойчивый стук вдруг стал глухим, далеким… Хотелось продлить этот момент хотя бы на несколько секунд.

– Да я это, господи! – послышался раздраженный голос Гели.