Не провоцируй босса, опасно!

Не хочу, чтобы на работе кто-то знал о наших отношениях.

Моя просьба ему не понравилась, было видно по его хмурому взгляду. Но потом он кивнул, словно соглашаясь.

– Возможно ты и права, не стоит афишировать наши отношения пока. А то моя мама нас сведёт с ума.

– В смысле? – насторожилась я.

– В прямом. Она нам мозг вынесет, требуя быстрее внуков.

А вот сейчас я упала в бездну. Это был сокрушительный удар, разбив надежду на счастье вдребезги.

– Сонь, ты чего побледнела? – с тревогой смотря на меня, поинтересовался Кирилл.

Бережно беря моё лицо в свои ладошки, смотрит на меня взглядом, полным тревоги. А у меня сердце разрывается от отчаянья. Оттолкнуть его не могу, нет сил, и всё тут.

– Я не хочу детей… – на выдохе выдала, решив, что если меня сейчас пошлёт, то так тому и быть.

Кирилл внимательно на меня посмотрел, а я уже приготовилась к боли.

– Хорошо. Если не хочешь, давай оставим пока эту тему.

«Пока», – мысленно проговорила это слово, понимая, что от проблем бежать бессмысленно – настигнут.

Но и продолжать сопротивляться влечению с каждым разом становится всё труднее. Посему я решила сейчас не пороть горячку, а проверить чувства Кирилла и уже потом сказать всё как есть. Если, как он говорит, готов на всё, возможно согласится взять ребёнка из детдома. Или найдём другого врача, а не знакомую мамы, у которой я наблюдаюсь постоянно.

Глава 22

После разговора с Кириллом я ещё долго была словно в прострации, одна часть меня была в восторге, что я нравлюсь этому мужчине, вторая продолжала обмирать от страха. Пусть я и приняла решение рискнуть, но мой разум продолжал цепляться за прошлое, и оно, словно путы, держало на месте, не давая вырваться из плена.

Стоило только уйти последнему клиенту, я в рекордные сроки собралась домой. Сегодня решила выйти из здания через подземную парковку. А туда попасть можно только спустившись по лестнице. Сейчас у меня не было желания столкнуться с нашей королевной, ведь Её Величество предпочитает парадный вход. Не то что я боялась встречи, просто было противно на неё смотреть после услышанного.