Не провоцируй босса, опасно!

Она раскрыла свои объятья, Ромка, не смутившись, подошёл к ней и обнял в ответ. Видимо, когда жена ездила к нему, уже приучила к обнимашками.

– Вот теперь утро действительно доброе, – поцеловав его в макушку, произнесла она с нежностью. – Хотя нет, – подходит ко мне и, приобняв за талию, целует в щёку, – вот теперь всё.

Жена села за стол и взяла бутерброд с икрой, откусила кусочек и от удовольствия закрыла глаза.

– М-м-м, ничего вкуснее не ела…

– Это рецепт дяди Кирилла, – смутившись, пробурчал малец.

– Он вкусный не из-за рецепта, а потому что сделан твоими руками.

Рома посмотрел на меня, ожидая, что я на это скажу.

– Отдаю лавры первенства тебе, жена говорит правду. Я, между прочим, её вкусняшками и завоёвывал вначале. Так что бери на заметку. Влюбишься – корми вкусно, ни одна девушка с хорошим аппетитом не сможет устоять.

– Ты забыл сказать, что у меня на глазах выкинул курицу и блинчики, – хохотнув, напомнила Соня.

Рома удивлённо посмотрел на меня.

– Она была приготовлена в магазине.

– Теперь понял, я раз несколько травился, очень плохо было.

Позавтракав, мы дружно всё убрали, и мы с Романом уединились в кабинете, стали составлять распорядок дня. Он очень ответственно к этому отнёсся, спрашивал, для чего это нужно. Договорились, что утро начинается со стакана сока или молока и зарядки.

– У нас гости. – И так загадочно посмотрела на Ромку.

– Пошли, познакомлю с очень хорошей девочкой. Только будь с ней немного мягче, Алиса у нас очень нежный цветок, но с очень добрым сердцем. Тебе она понравится.

– Девочка? – как-то стушевался малец.

– Она дочка наших друзей. – И тут же, подмигнув, добавил: – Не бойся, она не кусается.

– Да я, собственно, и не боюсь, просто с девочками как-то не общался раньше, они же вредные.

– Это ты так говоришь, потому что Алису не знаешь, она чудо. – Соня протягивает свою ладонь, Ромка, тяжко вздохнув, подал руку и пошёл знакомиться.

Стоило нам выйти в холл, я поняла, что означали слова «тяжёлая артиллерия»: с мамой пожаловали в гости родители Марата – Светлана Николаевна, Рустам Эмильевич – и отец Глеба. Алиса же смущённо выглядывала из-за спины бабушки.

– Доброе утро… – начал я, открывая руки для объятий.