Не провоцируй босса, опасно!

– Сонь, при чём тут купидон? Мне кажется, у мужиков гон начался! – не согласилась с моей версией Люда. – И теперь мужики в сексуальную атаку пошли.

– Ой, да какая разница? Сейчас, главное, сделать ноги!

– Кто ж спорит, – пробурчала подруга. И, схватив свою сумку со стола, продолжила: – Попробуем через подземную парковку улизнуть.

Выйдя из кабинета, мы, не медля ни секунды, рванули на парковку.

– Люд, а чего вы там, в кабинете, делали? – не удержалась я от вопроса, пока мы неслись, как угорелые, по коридору.

– Знакомились, – процедила подруга сквозь зубы.

– И как?

– Феерично!

– В смысле?

– Сонь, что тут непонятного? Мужик показал мне все прелести наших отношений в будущем.

– Ка-как все? Он что, уложился за пять минут?

– Сонь, ты чего несёшь! Разумеется, не весь комплекс, а только вводную часть.

– Вот сволочь!"

"– Не то слово, хоть и целует… – И замолчала. А затем как рявкнет: – Да какая разница, как!

– Понравилось?

– Скажем так, я впечатлена, растеряна и чертовски зла. Скажу больше: не хочу эту сволочь больше видеть.

– Боишься не устоять?

– Боюсь в тюрьму сесть.

Спустившись на парковку, мы, словно партизаны в стане врага, короткими перебежками от машины к машине продвигались к выходу. Тут напротив нас остановилась машина шефа…

– Засекли! – чуть ли не сплюнула от злости Люда.

Дверь автомобиля открылась, и Аверин, посмеиваясь, произнёс:

– Прыгайте на заднее сиденье. Так и быть, помогу вам сбежать.

Нам дважды повторять не пришлось, через несколько секунд мы уже сидели в машине босса.

– Спасибо, что помогли. Не ожидала, – поблагодарила его.

Повезло Лизе, вон каким благородным её мужик оказался.

– И правильно сделала. Если бы в этом не было моего интереса, я и пальцем не пошевелил.

– Простите, что хорошо о вас подумала, – пробурчала я в ответ разочарованно.

Вот гад!

– Прощаю, – посмотрев на меня с хитрецой во взгляде, ответил он.

– Артур, а в чём твой интерес? – тут уже Лиза не выдержала.

– Интерес прост – я хочу, чтобы мои друзья тоже распрощались с почётным званием «холостяк».

– То есть ты моим подругам не помогаешь, а, наоборот, подставляешь? – поразилась она коварству Аверина.

– Что-то в этом роде. Тем более, некоторые уже и сами начали в этом направлении двигаться. – Посмотрев в зеркало, подмигнул он мне. – Я же прав?

«Было, каюсь, но сейчас глубоко сожалею о минутной слабости!» – мысленно ответила ему и отвернулась к окну.