Не провоцируй босса, опасно!

 – Сонь, прекращай так реагировать, ну не будет детей – усыновим, дел-то. А вот найти свою половинку – это сложная задача. Вы с моим сыном нашли друг друга и будете счастливы в любом случае.

– Умом понимаю, что есть большая вероятность, что он не откажется от меня. Но предательский страх потерять Кира не даёт сказать правду.

– Бедная моя девочка, – приобняв меня, со вздохом произносит Любовь Валерьевна.

Я положила ей голову на плечо и вновь почувствовала себя маленькой девочкой, которую успокаивает мама. Повезло моему мужчине, такая мать, как она, разорвёт всех за своё чадо.

– Вы так тоже успокаивали своего сына, когда ему было плохо? – интересуюсь, отстраняясь от неё.

– Нет, он старался не рассказывать о своих проблемах, всегда решал всё сам. Даже когда маленьким был, падал, сдерживал слёзы и говорил, что не больно. Это он меня всегда успокаивал после ссор с его отцом. Забирался на колени, обнимал своими маленькими ручками и говорил: «Когда я стану большим, буду тебя защищать».

– Он не любил своего отца?

– Скорее, от его не уважал. Эдуард не любил возиться с ним, говорил, подрастёт, тогда он и займётся воспитанием. Когда мы развелись, тот, чтобы не упасть в глазах партнёров, потребовал через суд встреч с ним. Хотя я и не запрещала, теперь жалею об этом.

– Почему?

– Да пассии моего бывшего пытались совратить сына, когда тот был ещё подростком. Мне он не говорил, это потом всё всплыло, когда очередная его баба к сыну хотела в штаны залезть.

– Сильно досталось? – заволновалась.

– Не особо. Кир меня любит, самое большое, что он может сделать, так это поворчать немного или съязвить в ответ. Ведь он считает себя виноватым, что я больше замуж не вышла. Но он неправ, я просто не встретила тогда хорошего человека. Теперь я рада, что так вышло.

– Почему?

– Если бы я вышла за тех, кто мне предлагал, то сейчас горько жалела бы об этом. Я люблю одного мужчину, уже давно.