Не приходя в сознание

Подумал, что гостей уже нет и мы можем поговорить...

— Итак, вы приехали к дому, — напомнил Демин.

— Совершенно верно. Приехал. Расплатился с таксистом, подхожу к дверям и вижу — в окнах огонь. Бросаюсь в дом, затаптываю...

— Что горело?

— Газеты на полу. Большая куча бумаги, тряпок... Такое впечатление, что кто-то стащил в кучу... Потом вижу — лежат люди, в крови. Я оттащил в сторону старика, Свирина, а потом испугался... Зайдет человек — что подумает? Подумает — Мамедов преступник. И я поступил не как мужчина.

.. Убежал. И вот мне наказание.

— В котором часу это было?

— Стемнело уже, март, рано темнеет.

— Вы загасили огонь полностью? Он не мог снова разгореться?

— Разгореться? — Мамедов потер щетину, — Нет. Не мог.

— Вы ушли в калитку?

— Конечно. Куда же еще?

— Вас кто-нибудь видел?

— Думаю, что нет. Когда выходил, подождал, пока пройдут люди, сразу свернул в переулок. Старался, чтобы меня не видели. Ну что, верите, Валентин Сергеевич?"

"Демин вздохнул, прошелся по кабинету, снова сел. Ему хотелось верить Мамедову.

В его голосе было что-то такое, что вызывало доверие, даже в выражении лица. Мамедова чувствовалась горькая искренность. Возможно, за ней стояло сожаление в содеянном, но логика поступков, логика характера сбивала с толку, и он не стал торопиться с выводами.

— Неважно, верю ли я вам сейчас, Мамедов. Ну, верю, ну, не верю... Следствие идет, улики против вас, и потому отпустить не могу! Терпите. Мужайтесь. Будем работать. Помогайте по мере сил. Я с радостью отпущу вас, но мне нужны основания.

Скажите, когда вы второй раз вернулись в дом, там никого не было в полном здравии?

— Нет, — подумав, ответил Мамедов. — Я обошел весь дом, да что там обошел, я его обежал не один раз... Когда я увидел этих людей, среди них и женщина... Они так веселились за столом, и вдруг... Я растерялся...

— Значит, только эти четверо?

— Да, хозяин, Дергачевы и этот маленький мужичок, его фамилия Свирин.

— А когда вы приходили к Жигунову в первый раз, кто был за столом?

— Я уже рассказывал.

.. Рассказывал правду, поэтому смогу только повторить. Если бы я врал, то кто знает, сейчас бы сказал что-то другое...

— Вы помните за столом высокого молодого парня с длинными волосами?

— Помню.

— Вы его знаете?

— Первый раз видел.

— Опишите его.

— Вы сами, Валентин Сергеевич, описали его... Высокий, молодой, длинные волосы, усики...

— Стоп. Подробнее об усиках, слышу об этом впервые. Раньше вы говорили, что он безусый.

— Усики неважные, жидковатые.