(не) получишь меня, Дракон! 2 (СИ)

Но и терять драгоценные мгновения рядом с ней я не намерен, поэтому, несмотря на то, что источник все чаще дает о себе знать (или не источник, а тот, кто пытается вмешаться в него), стараюсь находиться рядом с Евой чаще. Даже когда она меня не видит.

Но вот что больше всего радует, так это то, что я вижу, как Ева ревнует. Чего стоит только тот шар, запущенный в воду рядом с одной из адепток ее группы. И ведь я прекрасно знаю, что она научилась идеально контролировать движение шара, поэтому это не может быть неловкой ошибкой или случайностью.

Когда она оказывается в холодной воде светлого источника со всей своей ещё необузданной темной магией, дракон чуть с ума не сходит. По идее, Еву, как и вторую адептку, должно «нейтрализовать» из-за конфликта магий. На какое-то время они могут остаться без своего резерва, но…

Почти ничего с ними не случилось. Почему, почти? Потому что на Еве вся одежда намокла и теперь полностью облегает ее тело.

Это двойная провокация: для дракона, как желанная цель, от которой его удерживаю только я, а для меня, как для мужчины, у которого давно не было женщины… Если прибывать к этому тот факт, что сейчас на нее глазеют все адепты, сдержаться оказывается сложно, и лишь мой камзол на ее плечах чуть-чуть спасает ситуацию.

Очень сложно при этом сохранять вид серьезного преподавателя, который строго выдает наказание адепткам. Ещё сложнее переключиться на рабочее настроение. А нужно.

Отправляю обеих переодеваться, а потом на несложную отработку туда, где сейчас может быть более-менее безопасно.

В идеале, протекающая под самым источником вода должна нести в себе исключительно светлую магию. Зачерпываю пригоршню и пропускаю сквозь пальцы. Точно, сейчас я чувствую, что к ней примешивается еще темная. Не только она. Демонская магия? Откуда она тут?

Когда я завожу об этом разговор с Мариано, мне кажется, что он даже не удивлен.

Мне кажется, что Мариано знает о ней гораздо больше меня, и это нервирует. Но от всех прямых вопросов он уходит, что не удивительно: если он не хочет о чем-то говорить, он не будет этого делать.