Не первый раз замужем

– Сейчас начнем, вот только вина выпьем, – улыбнулась в ответ Нина и посмотрела в сторону сцены. Танцовщица незаметно кивнула ей головой, и Нина, отвернувшись, чтобы ее лица не видел Никита, хищно прищурилась и даже прищелкнула пальчиками под столом.

«И-ес, все идет точно по намеченному плану», – подумала девушка и, повернувшись к мужчинам, как ни в чем не бывало предложила тост.

– Дорогие мои русские друзья, надеюсь, что в будущем – и партнеры, – она сделала ударение на этом слове. – Я предлагаю выпить по бокалу этого замечательного французского вина за благоприятное завершение нашего многообещающего проекта.

Мужчины тут же присоединились к ней и с единодушным одобрением тоста осушили свои бокалы до дна. Блондинка, которая только что извивалась возле шеста, продолжая танцевать, приблизилась к краю сцены и поманила Никиту к себе пальчиком. Тот удивленно посмотрел на нее и, показывая на себя рукой, спросил:

– Я?

Девушка томно кивнула головой, продолжая танцевать, извиваясь всеми частями тела.

Никита смущенно улыбнулся.

– Извините, нет, – отрицательно махнул он обеими руками.

Танцовщица спустилась со сцены и, не прерывая танца, подошла к столику, где сидела троица. Она бесцеремонно села на колени к Никите и, взяв из его руки бокал, отпила из него глоток.

– Никита, ты должен отблагодарить ее за внимание, – подсказала обалдевшему мужчине Нина.

Мужчина полез в карман за бумажником.

– Сколько я должен ей дать? – спросил он.

– А сколько не жалко, – ответила Нина. – Иначе тебе не удастся отделаться от нее, и она просидит весь вечер на твоих коленях, – засмеялась девушка.

Никита поспешно вытащил из бумажника пятьдесят долларов и сунул блондинке в трусики. Если, конечно, ту узкую полосочку ткани, которая красовалась на ее бедрах, можно было назвать трусами.

– Давайте выпьем за прекрасных дам, – сделал предложение Александр, и все одобрили тост.

Буквально через пятнадцать минут Никита совершенно опьянел и, поднявшись из-за стола, побрел в направлении сцены на заплетающихся ногах. Нина с Александром молча наблюдали за его действиями и ничего не предпринимали.