Любимая адептка Его Величества. Книга 2

Да и при последнем визите к воротам никого там не видела. Не гарантия, конечно, но реальный шанс.

– Тогда тем более, Марго, – шепнул Храфс искушающе.

Я так же решительно отказала. Ну а следующим утром…

Следующим утром мы покинули Академию очень рано. За окнами висела серая предрассветная хмарь, желудок, не получивший завтрака, ещё не проснулся, поэтому молчал.

Мы выскользнули из калитки под сонными взорами стражников и тут же нырнули в ближайший переулок. Следуя за Психом, попетляли как следует, а потом старшекурсник открыл портал.

Мощёная камнем улица сменилась другой – тоже мощёной, но более извилистой и узкой. Дома тоже были другими – с соломенными крышами вместо черепичных и компактнее раза в два.

Я завертела головой, Джим тоже принялся оглядываться, а Псих сверился с какой-то бумагой и пихнул её во внутренний карман куртки. Храфс был одет как этакий профессиональный походник, в куртку, защитного цвета штаны и высокие ботинки на шнуровке.

Мы же с МикВоем напоминали двух лохов. Джим, конечно, старался приодеться, но всё равно выглядел по столичному, особенно впечатляли начищенные до блеска модные сапоги.

Псих окинул нас насмешливо-скептичным взглядом, но от комментариев воздержался. Вместо этого указал на самый богатый из ближайших домов и заявил:

– Это дом старосты, здесь можно перекусить.

И мы пошли. Невзирая на ранний час, хозяева уже не спали, а к нам отнеслись со сдержанным удивлением.

Переговоры вёл Храфс. В результате нас почти сразу усадили за стол, а потом староста поинтересовался:

– Молодые люди, а с какой целью вы явились в Перекрестье?

– Травы собирать будем, – заявил наш главный, не моргнув глазом.

Староста тут же воспрял:

– Зачем собирать? У нас и так есть!

После этого началась жёсткая, зубодробительная реклама. Мол, жители этого забытого богами поселения всё лето готовились к большой осенней ярмарке и насобирали массу полезного.

Все травы, цветы и корешки, какие только можно встретить в этой местности.

Мы слушали. Я изображала восторженную, уже клюнувшую на рекламу покупательницу.

Но Храфс разбил фантазии старосты суровым:

– К сожалению, их, – кивок на нас с МикВоем, – профессору сушёное не подойдёт.