( Не ) мой ребенок

Некоторое время просто пялюсь на старый железный забор зеленого цвета. Он кое-где проржавел и ему не помешает новый слой краски или… отправиться на свалку? Да, свалка явно по нему плачет. За забором виднеется старинный дом со ставнями, которые почему-то закрыты, краска на них тоже кое-где облупилась. По всему видно, отец Миры не самый аккуратный хозяин. Хотя розовая клумба перед домом выглядит довольно ухоженной. Чудеса контрастов.

Что же, пришло время познакомиться с будущими тестем и тещей.

Стучу в калитку.

Тишина…

Стучу еще раз, громче прежнего.

Наконец на пороге появляется почти лысый мужик в трениках с вытянутыми коленями. По возрасту годится на роль отца Миры.

Про себя радуюсь, что выспросил у Марка необходимые данные — имена родителей моей девочки, их адрес, номера телефонов. Так что я во всеоружии.

— Здравствуйте, Виктор Владиславович, — киваю ему с широкой улыбкой.

Он приосанивается, подходит к калитке, открывает ее.

— Тебе чего? — интересуется, забыв ответить на приветствие.

"— Я ищу Миру, — говорю как можно более дружелюбным голосом. — Вы не могли бы ее позвать? Она дома?

Как только это говорю, с будущим тестем происходят прямо-таки волшебные изменения. Он враз ощетинивается, шипит сквозь желтые зубы:

— Передай этой змеюке подколодной, чтобы ноги ее не было в отчем доме! Пришла, шухеру навела, дрянь такая… И сам пошел вон!

Я на секунду подвисаю, переваривая откровенное хамство. Вычленяю важную для себя информацию — Мира не здесь.

— Где Мира? — спрашиваю уже совершенно другим тоном, гораздо более строгим.

— А я почем знаю! — мужик разводит руками. — Шляется где-то, тварь подзаборная…

«Бить людей нехорошо», — напоминаю себе.

Особенно старших, особенно если это родственники девушки, на которой ты собрался жениться. Но как хочется!

— Вы не знаете, где ваша дочь? — спрашиваю с прищуром.

— Не дочь она мне более! — машет указательным пальцем этот пузан.

Чувствую, что мои нервы уже на пределе. Спрашиваю строго:

— Что случилось?

— Я тебе что, новостной канал? — ухмыляется этот тип. По всему видно, мое беспокойство ему только в радость. — Я сказал, пошел отседова!

Я бы мог выкрутить ему руку, взять на болевой и выведать все, что мне нужно. Запел бы как соловей. На это ушла бы от силы пара минут. Но я цивилизованный человек, по крайней мере пытаюсь им быть.