(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

— Что-то нужно в школу? Может, парты поменяем?

— Они новые.

— Компьютеры в каждый класс?

— Это лишнее. У нас ноутбуков нет только у первоклассников.

— Ремонт? Везде.

— У себя ремонтом займись. Все?

— Все.

— Тогда проваливай.

— А сейчас я отец ребенка, который учится в вашей школе.

— Вас что-то беспокоит?

— Николь скатилась по всем предметам. Может, репетитора нанять?

Вот сейчас Яна проявила эмоции. Ей не все равно, но как не все равно: как директору или как мачехе?

— С языками у Николь действительно проблемы, и репетитор необходим.

— Ясно, — задумался я. — Посоветуешь педагога?

Яна кивнула.

— Ты лучшая, Мудрёна. Ты ведь знаешь об этом?

— Уходи, Мир. Завтра все обсудим. Великий день.

— Скажи честно, ты уверена? Точно уверена, что мы поступаем правильно?

Почему я так мучился? Ведь не просто так корежило от одной мысли, что завтра все-таки наступит.

— Абсолютно, Мирослав Константинович. Абсолютно.

Мне пришлось тупо сглотнуть эту правду. Яна умница. Если она уверена, значит, так и нужно. И от этого тоже тошно, бля…

На два часа дня у нас было назначено заседание. Мы встретились раньше, чтобы к судье обратиться с подписанным мировым соглашением и избежать примирительного периода. Меня лично еще три месяца ходить женатым не напрягло бы, но жена хотела прямо противоположного, а я и так показал себя большим эгоистом.

— Не доверяешь? — встретил Яну у входа в здание.

— Сепарирую, — ровно ответила. — Мы заходим? — я стоял так, что не пройти. Рассматривал Яну: уверенная, спокойная, бесстрастная. В деловом брючном костюме, гладкий пучок сковал роскошь темных волос, солнечные очки прятали светлые глаза.

Основные пункты соглашения устраивали и Яну, и ее адвоката, а вот общение с Ромкой она решила строго регламентировать и прописать в мировом соглашении. Раньше я мог в любое время прийти или взять сына к себе, предупредить, конечно, сначала, а потом — пожалуйста. Теперь все четко, и любое отклонение — уже моя проблема.