(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

У вас есть?

— Не знаю, — ответила после нескольких секунд раздумья.

— У нас будет десять сеансов: беседы и задания. Но должен предупредить, что моя методика может показаться шокирующей и вопиюще непристойной.

Я изумленно вздернула бровь, а он даже ухом не повел.

— Это мой метод. Если вы соглашаетесь, то назад дороги нет. Но, гарантирую, после этих десяти сеансов ты никогда не будешь той, кому позволяют себя любить.

Последняя фраза задела за живое. С Мирославом так и было. Наверное. Он не говорил, а я не могла заявить это на сто процентов, тем более, после некоторых его действий.

— Я согласна, — ответила тихо. Мы подписали договор с клиникой и обоюдное соглашение о неразглашении врачебной тайны со стороны Каминского и профессиональной — с моей. Видимо, его метод какой-то особенный, раз охраняли его бумажкой с подписью и тремя печатями.

— Начнем завтра, — он поднялся. — Я позвоню, когда сочту нужным.

— Вы сочтете? — не много ли платный доктор себе позволял?!

— Мы лечимся по моим правилам, госпожа Нагорная, — не удивлена, что навел справки. Я тоже почитала о его семействе. Артем предложил мне руку, помогая подняться. — Хотя можно начать и сегодня. С минета. Ты любишь сосать, Яна?

— Что?! — возмущенно вырвала руку. А не охренел ли товарищ сексолог?!

— Вполне стандартный вопрос, — привлек к себе и чуть надавил на плечи. От Каминского пахло чем-то свежим и острым, даже голова кружилась от сочетания перца и дождя.

— Отсосать тебе? Да пошел ты нахер! — вскинула руку для пощечины, но он перехватил. — Характер есть, — довольно улыбнулся. — И страстность тоже, — смотрел в мои глаза вполне профессионально, без пошлых намеков. — Не такая уж ты и пресная, Яна Николаевна, — отпустил меня, совершенно ошеломленную резкими перепадами температуры по палате.

— Вы не врач, вы придурок! — заявила в сердцах и стремительно бросилась к выходу.

— До завтра, — напомнил про сеанс.

Только в машине поняла, что Яна Николаевна Нагорная, педагог со стажем, показала взрослому человеку фак! Долго смеялась. Это были яркие эмоции, но не такие, от которых хотелось оскорбленно плакать. Когда Каминский позвонил, я ответила…

Глава 18

Мирослав"

"После разговора с Яной я не поехал домой. Двинул обратно в аэропорт: я же только ради нее прилетел, хотел решить проблему, уговорить вернуться, показать, что мне не все равно.