Лайк за любовь (СИ)

Его бедра оказались прямо между моих ног, где никакое белье уже ничего не скрывало. Задержав лишь на мгновение свой обезумевший взгляд на моем лице, он жестко накрыл поцелуем мои губы. Мне хватило лишь одного властного движения его языка во рту, чтобы сбросить все тормоза.

Я схватилась за его шею, с силой вжимаясь него. Жадно, беспардонно руки Егора трогали волосы, путаясь в распущенных локонах, плечи, спину, талию, бедра. Он глубоко дышал через поцелуй, дразня мой язык в жарких, грубых ласках. Каждое его прикосновение все больше сносило крышу, причем не только мне.

Он сильнее приподнял платье вверх, судорожно скользя ладонями по моим обнаженным ягодицам, и уверенным движением закинул мои ноги к себе на бедра. Грубая ткань джинсов тут же неприятно зацарапала нежную кожу. Егор, не контролируя себя, прикусил мне губу, а протянула болезненный стон. В голове все кружилось от ощущения мужских пальцев между моих ног. Егор двигал ими так быстро, что я забывала, как дышать.

— Хочу тебя… — с трудом простонала я в бешеный ритм нашего поцелуя.

Его футболка оказалась на полу. Я прижалась всем своим телом к обнаженному мужскому торсу, мои губы хаотично заскользили по горячей коже, начиная оставлять засосы. Я чувствовала, как неистово бьется его сердце, разгоняя кровь по венам в безудержном пульсе. Мои бедра уже сами двигались навстречу его совсем неласковым пальцам.

Слегка отстранившись от Егора, я торопливо расстегнула ремень на джинсах, а следом ширинку. Мышцы на крепком прессе заметно напряглись, когда моя ладонь скользнула под боксеры, и одним четким движением рук я легко обнажила узкие мужские бедра. Егор тяжело выдохнул, возбужденно облизав губы. Его ладони приподняли меня за ягодицы, придвигая ближе к себе.

— Черт, — он резко дернулся, оперевшись руками о стол, и выпустил из легких дрожащее дыхание, — презервативы. У меня их нет с собой.

И я снова произнесла это раньше, чем успела подумать. Меня слишком знобило от похотливого безумия, что всецело поглотило мой разум:

— Давай без них. — Мой голос даже не дрогнул.

Он поднял затуманенный взгляд с дико расширенными зрачками.