Не хочешь по-хорошему?

— Думаю одной ночи будет достаточно, и ты сможешь раздобыть для меня информацию, способную навсегда стереть с лица земли доброе имя этой семьи…

Соскакиваю так резко, что стул с грохотом падает, и Игорь ошарашенно встает и не давая мне уйти хватает за запястье, которое мгновенно обжигает боль.

Все головы в ресторане поворачиваются в нашу сторону и воцаряется тишина такая же неестественная как улыбка Ольховского.

— Не сердись, одна ночь погоды не сделает, я все равно на тебе женюсь, но прежде раздобудь информацию…

— Знаешь что? — обрываю его на полуслове, и Игорь замолкает, а я едва сдерживаюсь, чтобы не заорать.

Выплевываю ему в лицо, жалея что слышать это может только он, а столики других клиентов слишком далеко.

— Я жалею, что согласилась когда-то…

— Потише, — шипит дернув меня на себя. Улыбка на его лице могильная, а голос гробовой, чувствую как его трясет, и мысленно благодарю Бога, что сын не сидел с нами за столом и не видит этой мерзкой сцены.

Договорить не успевает. Будто ураган сносит его с места и сбивает с ног. Ольховский летит на стол и ударяется о него, снося приборы. Те падают на пол, хрусталь и фарфор бьется, отчего шаги Хасанова кажутся еще оглушительнее в воцарившейся тишине ресторана.

— Что ты ей сказал, повторишь для меня? — наклоняется и сгребает Игоря за грудки и встряхивается, когда тот полными ненависти глазами впивается в гротескно спокойное лицо Армана, который сейчас выглядит как разъяренный зверь. Убийственно спокойный разъяренный зверь. — Или кишка тонка угрожать мужикам? Проще девочку прессануть?

Игорь при всем его красноречии растерянно замолкает, и когда Арман кидает его прямо на битое стекло к моим ногам вскрикивает, глядя на порезанную ладонь.

— Извинись.

Поднимаю голову и ловлю спокойный и ровный взгляд моего бывшего мужа и меня накрывает дежавю. Парень, толкнувший меня в клубе, облитая ледяной водой блузка, первое знакомство с Хасановым. Улыбаюсь.

— Ты слышал?

— Прости, Ангелина…

Мой зверь удовлетворенно кивает, и протягивает мне руку, а я вкладываю свою кисть в его и переступаю через битую посуду. И через Игоря Ольховского — кандидата в депутаты в госдуму.