Не грози Дубровскому! Том V (СИ)

— Рад знакомству. Меня зовут…

— Да слышал я. Виктус Дубус, верно? — Я поразился его слуху, ведь к моменту, когда я назвал своё имя, ушастый уже скрылся за углом. Не зря у него такие огромные уши. — А ты откуда?

— Крошечное поселение на юге, рядом с границей. Ты, наверное, про него и не слышал. — Соврал я, надеясь, что он зацепится за слова о Юге и сам мне предложит вариант. Так и вышло.

— Из Клато?

— Да, оттуда.

— Поганое местечко. Бывал там пару раз проездом. Ну и как тебе там жилось? — Усмехнулся ушастый толкая меня в сторону подносов.

— Отвратно. Именно поэтому я и в армии. — Улыбнулся я и взяв поднос двинул на раздачу.

— Правильное решение мой друг! А самое главное то, что тебе повезло оказаться в самой безопасной части протектората! Хотя ты и без меня знаешь, что в Гистусе далеко не везде можно жить, а уж тем более служить. Вон, Ванус, придурок. — Ушастый кивнул в сторону друга, с которым ранее вёл спор. — Хочет на передовую. И ради чего? Погибнуть в чужой войне ради исполнения чужого желания? Нет, это не для таких как мы с тобой.

Уж лучше отсидеться в тылу, а там без нас решат как-нибудь. Верно говорю? — В тарелку ушастого плюхнулось коричневое варево забрызгав мундир. — Загус! Тварь! Я тебя просил так не делать! Опять мундир стирать? — Вспылил Итус.

— Ушастый, если ты прямо сейчас не пойдёшь жрать, то я тебе наложу добавки, прямо на твою тупую рожу. — Ухмыльнулся толстый поварёнок, насмешливо замахнувшись грязной поварёшкой.

— Скотина. — Недовольно прошипел Итус и кивнул в сторону свободного столика.

 — Идём.

— А это что за боров? Твой лучший друг? — Усмехнулся я.

— Ага мать его. Лучший. Это сынок нашего капитана. Сидит на сытой должности и достаёт всех кого не попадя.

— Ненавижу таких папенькиных сынков. Родились с золотой ложкой во рту и уверены, что их все обязаны в задницу целовать. — Поддержал я гнев собеседника.

— Ха! Верно говоришь Виктус. Так и есть. — Усмехнулся ушастый закинув в рот ложку слипшихся макарон. — Знаешь, я когда-то тоже хотел воевать. Даже не потому что хотел славы или исполнения желаний.

Просто меня всегда возмущало то, что дикари, эти Айнарцы, они ведь совсем не имеют понятия о чести. У нас на войну отправляют только мужчин, а они всех без разбора. Женщины, дети, старики. Им без разницы. Думал освободим их, очеловечим. Обучим языку. Но нет, это невозможно. Понимаешь, у нас слишком большие культурные различия.

— Не очень понимаю о чём ты. — Я нахмурил брови на секунду и продолжил орудовать ложкой.