(не) его ребёнок

А голова, как назло, будто становится яснее. В ней бьёт набатом: Потерял ты свою любимую.

Снова потерял!

Жесть! Что за рок такой преследует меня?

Хотел уберечь -  держал от себя подальше. А вышло что?

- Да откуда взялся этот «гуттаперчевый» мальчик? – со злостью процедил я сквозь зубы.

- Одноклассники они, - между прочим, пояснил Лука.

Я стрельнул в него глазами.

- Хочешь сказать, первая любовь? – прохрипел я.

- Яр, я ничего не хочу сказать. Лишь констатирую факты её биографии, - холодно чеканит друг.

- Эй, Лука! Ты – то чего завёлся? В знак солидарности что ли? Проблема – то моя, - наливаю второй бокал коньяка.

Делаю небольшой глоток, усаживаясь снова в кресло.

- Я предупреждал тебя, Ярый,  что ты был слишком груб с ней.

- Хочешь сказать она как кошка, кто приласкал, за тем и побежала? – зло вопросил я.

- Слушай, Ярый! Не перегибай палку. Я не думаю так о Майе. Всё на моих глазах было. Я видел, как она смотрит на тебя. Как реагирует на твои хамские замашки. Думаю, что она испытывает к тебе чувства.

- И вышла замуж за первого встречного, - издевательским тоном продолжил я.

- И вышла замуж за человека, которого хорошо знала, - упрямо уточнил Лука. – Ты и сейчас не хочешь признать, что сам виноват."

"- Что изменится, если я это признаю? – хмуро вопросил я.

- Если любишь, должен бороться за неё, - хладнокровно заявил он.

- Да я сегодня даже в любви ей признавался! А, ей всё равно. Лежит такая в белоснежном свадебном платье вся  вкусная и холодная, как мороженое.

- Думаю, она просто не поверила тебе, - пожал он плечами.

- Я  что ей клоун?! – возмутился я. - Серьёзный мужик. Говорю, значит, отвечаю за свои слова.

- Она на тебя ещё и обижена, - задумчиво добавляет он.

- Чего – то я не пойму! Ты в моего психолога переобулся или в её адвокаты подался? – со злой  иронией спросил я.

- Делай, как знаешь! – отмахнулся Лука. – Ты всегда поступаешь так, как решишь сам.

Лука уткнулся в ноутбук.

Я был злой. Ситуация с замужеством Майи выбила меня из колеи. Почему я ни разу не задумался над тем, что чувствует она? Я любил её и приставил к ней охрану. Но ни разу не подумал о том, что она ничего не знает о моём положении. О моём прошлом. И главное, о том шлейфе, который тянулся за мной из прошлого.

Мог ли я рассказать ей об этом? О той опасности, которая грозит ей и сыну, если мои враги узнают настоящее положение вещей.