Край непуганых Буратино

Хотя именовать так то, что со мной случалось, не следовало. Приступы – разновидность пароксизмов. А пароксизм – это внезапно наступающее преходящее нарушение функций какого-то органа или системы. Почечная колика, загрудинные боли… А у меня что? Вообще невозможно понять, когда в очередной раз прихватит. После случая в Питере я по всем специалистам прошел, диагноз: бычье здоровье. Ну я и успокоился. Какой-то сбой случился, ерунда.

Кирилл провел рукой по волосам.

– Наверное, за пару недель до нашей поездки в Питер Валера попросил меня о знакомстве с Кристиной.

– Странно, – оценил этот план Степан, – у вас же ничего не было.

– Нет, я не могу спать с женщиной, если она мне не нравится, – согласился Калинин. – Да и Кристина никак на мои ухаживания не реагировала. В назначенный день Валера меня ждал у ее дома в машине.

– Хочешь?

Я не отказался, угостился, Валера засуетился.

– Вон она идет. Давай живо в подъезд.

Я поспешно вбежал в парадное, Зиновьева вошла следом, я сказал ей:

– Стой, мне с тобой поговорить надо…

Кристина скривилась:

– Только тебя, липучки, мне сегодня не хватало.

Потом дверь хлопнула, кто-то, похоже, с улицы вошел.

– Фантастика! – оценила я историю.

Кирилл потер шею.

– Странное состояние, в которое я впал во время поездки в Питер, повторилось. Что его вызвало, даже предположить не могу.

– Может, кофе? – протянул Юра.

– Самый обычный напиток, – возразил наш гость, – я не спрашивал, где Валера его взял. В Москве тогда уже кафешек много открылось. Юдин обычно брал в какой-то точке несколько порций, просил в свою тару налить.

– Я тоже так делаю, – поддержал беседу Миша.

– Да, спасибо, – обрадовался Кирилл. – Через какое-то время Валера опять попросил меня купить ремень в Военторге. Я удивился:

– Зачем? Ты же порвал с Кристиной?

Юдин меня по плечу стукнул.

– Тогда порвал, а сейчас передумал. Давай, сгоняй туда, расскажи, как она выглядит?

Я отправился в магазин.

Кирилл поморщился.

– С Зиновьевой работала девчонка. Вот она на меня глаз положила.