Край непуганых Буратино

Она сказала: «Меня зовут жуть кошмарная!»

– Ух ты, – расхохоталась женщина, – Колька, тебе в КВН надо, шутки им сочинять будешь! Мамой он клянется! Да она похлеще тебя самогонку жрет! А ну вали за картохой! Все деньги про…! С работы тебя выперли! Неси с поля что найдешь, или коленом под зад к своей мамаше улетишь!

– Ты мне не веришь, – пригорюнился мужик.

В ответ раздался хохот, потом тетка отрезала:

– Жуть кошмарная! Откуда она взялась-то?

– Из космоса, – предположил пейзанин, – свалилась с Луны!

– Ты мне …! – заявила баба.

– По любви, – протянул мужик.

– По дури, – заявила его дама сердца. – Что ты хорошо делать умеешь? А? Ну-ка скажи?

– Сама знаешь, – заржал Ромео.

– Ой, не могу, – протянула Екатерина, – чик-брык, секунда, и готово! Не Аполлон ты в койке, и рядом не валялся. Хорошо ты другое делаешь: пьешь, жрешь, гадишь и врешь. О! В рифму выразилась! Когда ты отсюда …, я стихи писать начну.

– Кать! Ей-богу, я жуть видел!

Дверь в комнату открылась, из нее вылетел актер, которого я встретила на поле. Он увидел меня, замер, закатил глаза и рухнул на пол.

Я позавидовала мастерству актера. Вот я не способна столь правдоподобно изобразить потерю сознания. Из комнаты выплыла дородная женщина. Она сделала вид, что не заметила меня, смотрела только на Владимира и заорала:

– А ну, вставай, нашелся тут Челентано! Зря стараешься! Никогда я в жуть кошмарную не поверю.

Я решила, что пора вступать в игру, которую затеяла команда Константина, и вякнула:

– Добрый день!

Екатерина, все это время пинавшая мужика ногой, подняла голову. И повисла великая тишина, которая в мире театра носит название «мхатовская пауза». Глаза бабы стали округляться, а нижняя челюсть опускаться. Я давно перестала смотреть телесериалы, в них часто играют одни и те же актеры и исполняют однотипные роли. И непонятно, что на экране: кино про будни уголовного розыска или фильм о частном сыщике.

– Вы… кто? – прошептала Екатерина.

– Жаба, жуть инопланетная, – сказала я, – не ругайте Володю.