Не чужие

Кирилл точно не соврет, потому что тоже не умеет. В этом мы похожи.

— Той, к которой я спешу каждый вечер домой, чтобы увидеть твои глаза и улыбку, чтобы снова заключить тебя в свои объятия, потому что все остальное вмиг становится для меня неважным.

— Кирилл… — хитро улыбнувшись, щипаю его за бок. — Мой подарок…

— Ты думаешь я просто так решил пораньше свалить от этих дегенератов?

Добежав до подъезда, мы вваливаемся в лифт, не разрывая наших губ. Расстегнув мое пальто, Кирилл пробирается к груди, оттягивая лифчик вниз.

— Сейчас в штаны себе кончу, как малолетка… — выкручивая сосок, ловит ртом мой громкий стон. — Пофиг на подарок, хочу тебя и все равно в какой позе это будет.

— Нет… — мычу ему в рот, отрицательно мотая головой. — Подарок будет!

Когда двери лифта разъезжаются в разные стороны, я буквально бегу до квартиры, вставляя ключ в замочную скважину. Кирилл мне вручил запасные ключи на всякий случай. И вот он настал. Замок податливо щелкает, впуская нас внутрь.

— Подожди меня в комнате, я скоро буду, — шепча ему в губы, прохожу на кухню.

Приняв образ роковой совратительницы и взяв поднос с маленьким тортиком, я иду в комнату, где меня ждут.

— Охренеть… — это первое, что говорит Кирилл, прикипая глазами только к одной единственной кружевной вещицы на моем теле, в виде стрингов ярко красного цвета. — Это даже лучше моей собственной фантазии.

— С днём рождения, — держа в руках маленький серебряный поднос с кондитерским изделием, невольно подрагиваю от холода.

— И оно непременно сбудется? — Кирилл подходит ко мне вплотную, так, что противоположный край подноса касается его оголенного торса.

— Да… — делаю шаг назад, когда его дыхание опаляет мою грудь вместе с погасшим фитилем свечи.

— Смотри… ты сама пообещала, — взяв сладкий десерт в руки, он обмазывает им мои ноющие вершинки.

— Это твое желание? — сгорая от своей похоти, накрываю ладонью его взбугрившуюся ширинку.

Забрав из моих рук поднос и отбросив его в сторону, Кирилл заваливает меня на кровать, раздвигая ноги коленом.

— Так ты переедешь ко мне? — приспустив свои джинсы, он отодвигает полоску моего нижнего белья. — Ответа я так и не получил…

— А — ах! — тону в ощущениях, которые заполняют все мое естество, перетекающих за грань восприятия действительности.

— Ответь… — толчки усиливаются, а его рот опускается на вершинку, лаская языком, слизывая сладкую массу крема.