Не дразни дракона

Может снова распахнуть свои двери для ящеров и вернуть им бриллиант.

Только храм этого не делает. Почему?

Вариантов много.

Может опасность не такая уж большая? Или есть некое условие? Например, чтобы заполучить реликвию, драконы должны поумнеть?

Ведь пра ушла потому, что влюбилась, а ящеры не желали дать ей возможность быть вместе с любимым. Чем там грозился мой сколько-то раз прадед? Выпороть? Не-е-ет, уж кто, а Эрилайза не стала бы такого терпеть!

В общем, я что-то поняла, в чём-то запуталась, и решила не забивать себе голову.

Более того, моя миссия заключается в другом — в прекращении незаконных действий на территории Вектарии! Остальное вторично, и лично мне «умертвия» точно не интересны.

То есть да, ночь прошла неплохо, зато утро встретило кошмаром. Не в переносном смысле, а в самом прямом.

Приснилось, будто отчёт украли, и я аж подпрыгнула на кровати. Вскочила, стремительно огляделась и помчалась проверять свой тайник.

Я спрятала исписанные листы в щель между стеной и платяным шкафом. Щель незаметная, узкая, и… в этой, материальной, реальности всё оказалось на месте…

Но не успела я облегчённо выдохнуть, как послышались шаги, и в покоях объявилась Чичита. Дородная представительница племени эргов улыбалась от уха до уха и была искренне рада меня видеть.

— Я, Линочка, завтрак тебе принесла! — оптимистично заявила она.

Ну а после завтрака, к которому я успела умыться, одеться и вообще привести себя в порядок, на пороге появился Теймиз.

— Доброе утро, — осторожно поздоровалась я.

— Очень доброе, — ответил толстяк сквозь зубы. — Если поела, то пойдём. Владыка вызывает.

Я сразу приуныла. Всем хорош синеглазый, но я ещё не успела по нему соскучиться.

— А если не поела? — да, я решила потянуть время."

"— Тогда голодная пойдёшь! — уронив-таки улыбку, раздражённо гаркнул дракон.

Эх, грусть-тоска! Но что делать? Встала, поправила передник и отправилась уже знакомым маршрутом — в тот, вчерашний, кабинет.

Войдя, увидела уже четыре кресла. В первом сидел Дарнаэш, до отвратительного свежий, и ничуть не потрёпанный после той драки. В двух других — белобрысый с носатым. Последнего, кстати, звали Тиришем, как удалось узнать.

Четвёртое кресло пустовало, и именно на него кивнул Владыка, только я не порадовалась, а погрустнела ещё больше.