Не дразни дракона

Настолько притягательное, что лучше не смотреть

Глядя на шёлк, который лишь подчёркивал девичью фигуру, я шумно вздохнул и с трудом задвинул подальше все желания. Они оказались на удивление горячими. Впрочем, насколько понимаю, так и должно быть.

Лина, увидев меня, изумилась и принялась задавать вопросы.

Леди ничего не знала. Не знала до сих пор!

То есть под её окнами добрую половину ночи шла ожесточённая драка, а она… Впрочем, что взять с принцессы?

Я только улыбнулся этой неосведомлённости, испытав новый прилив жара.

Потом был завтрак и… да, я сделал своей леди неожиданное предложение.

Сказал, что мне до зубного скрежета надоел замок Изумрудных, предложил переехать и заняться более интересными делами — сходить к ювелиру и в гости к Жемчужным, например.

Лина не поняла и не поверила. Даже возмутилась, словно почуяв, что покушаюсь на святое — на её единоличное право мотать мне нервы.

Из приятного — невзирая на наш «конфликт», Лина всё же беспокоилась о моих ранах, во взгляде то и дело мелькало сочувствие. В какой-то момент леди не выдержала и спросила:

— Тебе очень больно?

Я в ответ назвал «милой»… ну просто потому, что для меня она действительно милая! Невзирая на все колючки, которые из неё растут.

Сказал, а она…

— Дарнаэш, давай обойдёмся без фамильярностей? В конце концов, мы взрослые приличные люди.

— Люди? — я вскинул брови. — Счастье моё, ну я-то точно не человек.

Ещё хотелось добавить про приличия. Прости, малышка, но не могу. Готов быть приличным со всеми, кроме тебя. А тебя… взять и прижать, впиваясь в губы. Потом закинуть на плечо и утащить в свою постель.

Тем не менее я промолчал. Просто это было бы слишком. Леди и так кипела, готовая взорваться. Не нужно доводить до крайности. Или всё-таки довести?

А потом… Немного неудобно получилось. Я закрыл глаза всего на секунду, а в итоге провалился в сон.

Очнувшись, я обнаружил, что накрыт пледом, и это тоже вызвало улыбку.

Неужели обо мне позаботились? С ума сойти.

Стоило отложить плед и подняться на ноги, как в гостиную опять впорхнула принцесса — увы, уже одетая.