Не чужие

— Послушайте, Вячеслав Владимирович, вашей дочке всего двадцать, у нее еще вся жизнь впереди, на хрен ей я? Вы возомнили себя решателем судеб, вот только не учли, что выбор должны делать мы сами, — пытаюсь вразумить его, но поздно. Мне стоило думать, что говорить, а вместо этого себе только хуже сделал.

— Или ты прислушаешься к моему совету, или я поведу дочь на медэкспертизу, а потом в полицию. Судя по всему, твоя ДНК на ней с легкостью обнаружится. Ты сядешь, Леонов. Уж я-то позабочусь. И жизнь семье твоей испорчу.

— Выбор? — Резко встаю со своего места, и стул с грохотом падает назад. — Это вы называете выбором? Да найдите вы себе другого кандидата в зятья, — кричу я, ничуть не заботясь о том, кто передо мной.

— Я все сказал. И попробуй хоть слово Лере о нашем разговоре сказать.

— То есть? Это не она просила вас нажать на меня? — с недоумением спрашиваю я.

Смоленский рассмеялся.

— Лера никогда ни о чем не попросит. Слишком гордая. Вся в мать.

Потом резко замолкает и становится предельно серьёзным. Поправляет воротник рубашки, отходит к двери.

— Я все сказал, Леонов. Выбор у тебя есть. Хорошая жизнь рядом с моей дочерью или гнить за решеткой, разрушив и свою жизнь, и своих близких.

— Отличный выбор. Предпочитаю отдать его в руки судьи. Возможно, удача будет на моей стороне и меня оправдают в том, чего я и не совершал.

— Не ёрничай, Давид. Всего хорошего."

"Дверь за Смоленским захлопнулась, а мне захотелось курить. И пить. А ещё подраться. Но вместо этого хватаю свою куртку с вешалки и направляюсь в санчасть. Аленка умеет лечить. А со Смоленским как-то порешаю вопрос. В конце концов, можно с Лерой поговорить, раз она не в курсе того, как ее папочка решил ей брак организовать.

Глава 29. Лера

После свидания с Давидом я была полностью раздавлена. А еще жутко ненавидела себя за то, что так легко отдалась ему. Не понимаю, какой черт в него вселился. Ведь все было хорошо. До того момента, конечно, как я потянулась к его члену.

Такси остановилось перед воротами, и я быстро проскользнула в дом. На улице глубокая ночь, и я уж точно не ожидала увидеть в гостиной на диване отца.