Не чужие

Несмело оголяет живот, тянет вверх свитер, снимает и отбрасывает его в сторону. Ее кожа в мгновение покрывается мурашками, тело бьет крупная дрожь.

Боится?

Лера смущенно отводит от меня взгляд. На мой вставший член не смотрит. Ее щеки горят румянцем, губы приоткрыты, и от этого зрелища член твердеет ещё больше, а я теряю ход мыслей.

— И лифчик тоже сними, — севшим голосом произношу я, все так же холодно и отстранённо.

Знаю, что неправильно все это. Знаю точно: не стоит этого делать, но очень надеюсь, что после нашего свидания Смоленская скроется с моих радаров вместе со своим папочкой.

Лера поднимает на меня взгляд, слишком медленно скользят с плеч тонкие лямки, словно она специально оттягивает ход времени. Но вот ее маленькая аккуратная грудь появляется из-под чашечек лифчика, и я начинаю рвано дышать при виде ее затвердевших горошинок.

Я окончательно освобождаю налитый кровью член и провожу рукой по нему вверх-вниз несколько раз.

Это как удар под дых.

Точка невозврата.

Потому что девочка возбуждает пиздец как."

"Я приближаюсь к ней, провожу головкой по ее пухлым губам.

Или же лучше так и сделать? Унизить ее, чтобы ко мне испытывала только ненависть и презрение. Тогда точно больше никогда не увидимся. Гордость не позволит Лере пасть ещё ниже и прийти ко мне во второй раз после того, что случится сейчас.

Но все мои мысли вылетают из головы, когда Лера ведет языком по головке, смелеет, и я уже не могу сдержать себя. Проталкиваюсь глубже, громко выдыхая. Чувствую, как напрягается девочка, рвано глотая воздух.

— Дыши через нос, расслабься, — хрипло произношу я, когда замечаю, как от нехватки воздуха из глаз Леры брызнули слезы.

Ее рот горячий и сладкий. Она обхватывает ладонью мой член, неумело лаская его. Но и этого мне достаточно, чтобы башку напрочь снесло.