( Не)чаянная дочь для магната

С другой… Воображение тут же подсовывает мне непристойную картину. Кулаки сжимаются, и ногти до боли впиваются в ладони.

— Королева-мать! — из гостиной, сунув руки в карманы брюк, выходит Руслан и небрежной походкой направляется ко мне. — Раз, два, три, четыре, пять, я пришёл тебя искать.

Он подходит ближе и озорной взгляд голубых глаз скользит по мне сверху вниз, по пути взглядом растворяя платье. Уфф. Такой мустанг и после сорока не угомонится.

— Прекрати раздевать меня! — В голове мелькает образ развратной Любаши, неизвестно сколько раз побывавшей в постели и этого красавчика.

Руслан смеётся и прикрывает один глаз:

— Можно и по мордам-с, но обычно дальше снимают всё сами.

— Рус!

— Шутка! Женщина Фрола — святое. Тем более моя потенциальная тёща.

Щёки Руслана краснеют, а с глаз слетает хитрый прищур.

— И много у него было? Святых.

— Ни одной, — Руслан прислоняется плечом к стене и внимательно всматривается в моё лицо. — Монахом он не жил, врать не буду. Порой гулял так, что…

— Без подробностей, — выставляю ладони вперёд.

— А если без подробностей… — улыбается Руслан и напевает: «Ты у него одна, словно в ночи луна, словно в степи сосна…»[1]

Мои губы дрожат, и я ничего не могу с этим поделать.

— Можно тебя спросить, но так, чтобы об этом не узнал Фрол? — голос мой тоже дрожит.

— Ты требуешь от меня невозможного. Но давай попробуем.

— У него было что-нибудь с Любашей?

— Нет! — Руслан хмурится, катая на скулах желваки.

Лицо его непроницаемо. Лишь по мрачному взгляду на комнату Никиты, я понимаю, что мой друг может вылететь из дома без машины и ёлочки.

— Рус, — вцепляюсь в пуговицу на его рубашке, краснея от неловкости. — Это не ревность, понимаешь?

— Понимаю, Марго, — он перехватывает мою руку и подносит к губам. — Ничто не должно омрачать чело королевы. Вопрос не стоит выеденного яйца. Если позволишь, Люба поработает еще немного здесь, пока Никита в доме. Не хочется менять кобыл на переправе."

"— Ты что? Уволить её хочешь? — укол ревности сменяется внутривенной инъекцией совести.

Конечно, Руслан мог и соврать не моргнув глазом. Но если между Фролом и Любой ничего не было, то бедная девушка останется без работы из-за меня.

— Пойдём, — Руслан отрывается от стены. — И думай только о хорошем.

— Ты не уволишь её?

— Минуту назад мне казалось, что ты хотела именно этого.

— Не будем рубить сгоряча, — скольжу взглядом по своему отражению. Глаза снова сияют от счастья. Вот ведь жук этот Руслан.