Не борись со мной, малышка

Еще лучше прежнего! А со временем у нас обязательно появятся новые друзья.

— А я с Катей помирился…

Сын улыбается такой робкой и счастливой улыбкой, будто его дружба с майорской дочкой это основание остаться.

— Здорово, что у тебя получилось. — Тяжело сглатываю.

— Мы вместе железную дорогу строили, — Паша продолжает вытягивать из меня душу.

— Катя хорошая девочка. И папа у нее замечательный, — о маме дипломатично молчу. — Уверена, в новой группе тоже будет какая-нибудь Катя или Вика, или Света. И вы вместе построите самую лучшую железную дорогу.

Крепко обнимаю его и, пряча слезы, с тоской смотрю на перрон.

— А потом мы тоже куда-нибудь уедем?

Похоже, сын решил задать мне сегодня все те вопросы, от которых я прячусь с первого дня свободы.

— Когда мы с тобой накопим немного денежек, то сможем переехать в другую страну.

— Папа тоже сможет поехать.

— Нет, мы выберем такую, куда нужна виза, и у папы нет никаких друзей.

— А есть такие страны? — Паша удивленно округляет глаза.

— Да, и их много. Половина глобуса.

Возможно, не стоит говорить ребенку так прямо. Все эти переезды — ужас и для взрослого человека. Только, кажется, я уже намолчалась.

— Здорово… — невесело тянет мой малыш.

— Вот увидишь, тебе понравится. В некоторых есть теплые моря и кокосовые пальмы. А в других кенгуру и коалы. — Целую его в нос.

— Жалко, что там не будет тети Маши и Кати. — Сын отворачивается к окну.

— Может быть, когда-нибудь они смогут к нам приехать. — Смахиваю соленые капли с уголков глаз.

— А может, мы не поедем? — Паша поворачивается.

Он смотрит в глаза с такой надеждой, что сердце рвется на части. Безумно хочется ответить: «Да», попросить прощения у Маши, подарить себе еще одну безумную ночь рядом с Егором. Просто пожить.

Но…

— Уважаемые пассажиры, наш рейс ненадолго задерживается. Прошу всех на минуту выйти из автобуса, — прерывает мою мысль водитель.

— Что-то случилось? — спрашивает соседка, тучная дама в рыжем пуховике.

— Там собачка! — тыча пальцем в окно, радостно сообщает всем Паша.

— Точно, — подтверждает соседка. — Овчарка. Наверное, служебная.

Глава 28

Стоит мне посмотреть влево, на перрон, сердце делает кульбит и падает в пятки.

Я сделала все, чтобы исчезнуть без следа. Сменила СИМ-карту. Поменяла телефон. Скрыла новый адрес даже от Маши. И все равно он меня нашел.

— Егор?.. — Не верю своим глазам.

— Это папа Кати, — удивленно подтверждает сын.

Мы застываем неподвижными манекенами возле окна.