Не брак, а так

Алиса лишь помотала головой, спрятавшись у него на груди. Затихла.

— Любишь его? — Бурого резанул собственный голос. На душе стало непривычно муторно. Знал, что все равно уведет ее у Литвина, влюбит в себя, но все равно было неприятно.

— Дело не в этом, — глубоко выдохнула Алиса. — Нам… нам не дадут развестись. Пусти, пожалуйста.

Игнат, конечно же, отпустил. И почувствовал как сразу стало пусто. Алиса прошлась до окна и глядя в него начала рассказывать.

— Понимаешь, у моего свекра с папой свои дела, на много-много миллионов и вовсе не рублей.

К счастью, Алиса сейчас не видела как засветилось от радости лицо Игната. Это то, что он очень надеялся услышать. Но с другой стороны, дело осложнялось участием в этом браке бывшего прокурора, с которым Игнат точно не хотел ссориться и отца Геры, на которого работал Сабуров и с помощью которого собирался нарастить свой личный капитал.

— И Гера, значит, продолжает мутить с Янкой. Вот идиот!

Алиса обернулась. И сказала то, во что Игнат даже не поверил сразу.

— Он привел Ольховскую в нашу первую брачную ночь. И занимался с ней любовью. А меня запер в гардеробной, чтобы я не мешала.

— Он… что? — Игнат считал, что его мало можно чем удивить. Но Литвин превзошел себя.

— Он ее любит, а я ему мешаю.

— И… и ты так спокойно говоришь об этом? Хочешь, я прибью его? — совершенно искренне предложил Сабуров.

Алиса засмеялась.

— Не нужно. Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за него. Он этого не стоит.

— Вот же урод! — Игнат все никак не мог прийти в себя. — Я бы никогда не променял тебя на Ольховскую!

— Да брось! — Алиса уже пришла в себя и теперь недоверчиво улыбалась. — Ты же был тоже в нее влюблен и она очень красивая."

"— Не сравнивай меня с ним, — покачал головой Игнат.

Сабуров подошел к Алисе настолько близко, что они почти касались друг друга. И это была его ошибка. Алиса встрепенулась, дернулась в сторону и чуть было не оттолкнув его освободилась.

— Извини!

— Все в порядке, — она нервно поправила волосы. — Знаешь, уже слишком поздно, мне надо домой…

— Зачем? — вырвалось у Игната.