Не бесите Павлика

– мне снова придется врать сотрудникам, что ты в затяжной командировке.

— Ври, ври. Меньше знают — крепче спят. Ты вообще надолго приехал? Обедать будешь?

— Не терпится накормить меня своим жутким варевом? — он с подозрением покосился на печь.

— Конечно. Зря что ли мухоморы собирал?

Мы так долго были знакомы с Гришей, что давно уже наши отношения вышли за рамки начальник-подчиненный. Он был не просто моим помощником, а другом. Очень преданным и терпеливым.

— Пожалуй воздержусь. У меня планы на сегодняшний вечер, так что я сразу поеду обратно, — он развел руками, как бы извиняясь, но сожаления в глазах не было совершенно.

— Может молочка?

Его аж передернуло. Козье молоко он на дух не переносил, а я как-то умудрился его обманом напоить. Бедного потом мутило и крутило. Григорий до сих пор не мог мне простить это вероломное предательство.

— Как знаешь.

— Что у тебя тут нового?

— Ничего, — привычно произнес и тут же осекся. Он же про Юльку ничего не знал! А мне самому казалось, что она здесь была всю жизнь, рядом со мной. Девушка так гармонично вписалась в мою жизнь, что я даже вспомнить не мог, как это без нее.

И вот тут радость от встречи поутихла, и что-то неприятное, тревожное шевельнулось в груди. Не совсем понимая, что это такое я нахмурился, потом качнул головой, разгоняя тревожные ощущения, и уже открыл рот, чтобы обо всем рассказать, но не успел.

Юля бодро взбежала по ступенькам и заскочив дом, тут же отрапортовала:

— Задание выполнено! Коза накормлена и напоена…"

"Тут она заметила нового персонажа и замолчала. Замерла, удивленно глядя то на меня, то на Гришу, а я смотрел на нее и думал о том, как же ей идет моя огромная бесформенная футболка. Она в ней просто королева. Богиня! Пришлось напомнить себе, что мы не одни и торопливо подбирать слюни.

* * *— Здравствуйте, — произнесла Юля, настороженно глядя на Григория.

— Добрый день, — мой помощник удивленно переводил взгляд то на меня, то на девушку.

— Знакомьтесь. Это Юля — моя случайная гостья, а это Григорий.

Я не сказал, что он — моя правая рука. Не смог. Хер знает почему, просто не смог и все. Вместо этого решил дальше поддерживать образ неотесанного мужлана, дикого лесника, у которого одна забава — помахать топором посреди леса, да козу подоить.