Назад в СССР: 1985. Книга 4

— Леша… — Юля произнесла мое имя каким-то странным, даже слегка таинственным голосом. — А ты меня любишь?

— Очень! А что?

— Ну… Я просто хотела поинтересоваться, ну вот вернешься ты из армии, а дальше что? Что будет?

Я тут же сообразил, куда она ведет разговор, улыбнулся. Очевидно же, увидела Женьку и Катю, узнала о планируемой свадьбе и естественно тоже захотела семью. Мы уже говорили об этом, но всегда как-то вскользь и шутливо. Сейчас контекст был немного другим.

— Как что? — отыгрывая, произнес я, затем продолжил словами из популярной песни.

Та улыбнулась, но было видно, что ответ ее не устроил. Не того она хотела. Взял ее за плечи, повернул к себе.

— А если серьезно, Юль… — медленно произнес я, глядя ей прямо в глаза. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Чтобы по дому бегали дети, двое как минимум. Мальчик и девочка. Ну и чтоб дом был свой, где-нибудь в тихом месте, и чтобы город был рядом. Большой город.

Ее реакция меня позабавила. Юля открыла рот, и в изумлении посмотрела на меня увлажнившимися глазами. Кажется, ей понравилось.

— И это не очень грандиозные? — наконец пробормотала она. — Да, Леша… Умеешь ты удивлять. Мне очень нравится ход твоих мыслей.

— То есть, ты готова стать моей женой? — с хитрым видом уточнил я.

"— А это ты так предложение делаешь? — задала встречный вопрос Кошкина, глядя на меня с хитрецой.

— Нет. Пока нет. Но обещаю, когда я его сделаю, ты это сразу поймешь и удивишься! — немного растерялся я. Меня застали врасплох, причем оттуда, откуда я совсем не ждал.

— Ладно, убедил.

Мы снова поцеловались.

Время было около четырех часов — мы совершенно не следили за временем. Просто бродили по городу, держась за руки.

— Юль, как у отца дела на работе? — поинтересовался я, вспомнив про подполковника Кошкина. — Не влетело ему, за то, что машину угнали по его вине?

— Что-то рассказывал, про взыскание. Там какое-то разбирательство служебное было, но подробностей я не знаю. Давай не будем о плохом?

— Давай. Кстати, как твоя сессия?

— Еще один экзамен остался, — вздохнула она. — Во вторник. Так-то он должен был еще двадцать пятого июня пройти, но преподаватель перенес.