Навязанная жена. Единственная

А потом случился прорыв, червоточина оказалась совсем рядом. Илана хотела спасти коров и сама пострадала. Червоточина… она… она изуродовала ее.

— И свадьба не состоялась, — догадалась я.

— Илана отказалась. Говорит, такая калека никому не нужна и не будет она портить жизнь Ларри. И это несправедливо! Лекари утверждают, что сделали все возможное и невозможное. Но я-то знаю… теперь знаю, что это не так. Я вижу… после того, как во мне проснулась темная сила, я вижу то, что не видит никто.

— И тебе не верят.

— Не верили.

По-хорошему, следовало отправить ее в лечебницу, под крыло Селении. Они бы справились, но… похоже, я стала слишком доброй, поскольку неожиданно даже для самой себя поинтересовалась:

— И где твоя подруга? В деревне?

— Нет. Она… она здесь… в городе. Ждет меня. Если бы вы смогли посмотреть на нее, вы бы сразу все поняли.

«Фрэн, ты сошла с ума!» — подумала я, уже поворачиваясь к страже.

— Узнайте адрес и привезите девушку сюда. И как можно быстрее.

Те не стали спорить или отговаривать меня, впрочем, как и свекровь вместе с советником, которые продолжали молча за нами наблюдать.

— Да, княгиня.

Я снова посмотрела на Финну.

— А ты иди. Как только твою подругу привезут, зайдите сюда. Обе.

Девчонка шмыгнула носом и закивала:

— Спасибо вам, княгиня, спасибо. Я клянусь, что…

— Идите уже, — нетерпеливо бросила я, махнув рукой, и вернулась на постамент.

А когда села в кресло, устало повела плечами, пытаясь понять, в какую авантюру только что угодила.

— Ну как, княгиня, — подал голос Алайс, — не скучно вам выполнять обязанности сестры?

Разумеется, я не стала отвечать. Мы оба понимали, что Алфея бы не справилась. Это был мой груз, моя ответственность и мой выбор. Все как хотела Судьба.

Глубоко вздохнув, я перевела взгляд на двери. Настала очередь следующего просителя.

Глава 11

В зал шагнул зрелый мужчина, наверное, старше пятидесяти.

И судя по тонкому черному ободку, который окружал его светло-карие глаза, он тоже явился по мою душу.

— Здравствуйте, госпожа княгиня, — поклонился он в пояс Никандре, потом повернулся ко мне.