Навеки твоя

Вы подтверждаете, что в могиле захоронен ваш муж, госпожа Кац?

— Да, — хрипло сказала я, перед глазами снова появились льняные волосы на изуродованном разложением черепе. Пытаясь сдержать плач, я закрыла лицо руками. Перед человеком в погонах было стыдно плакать, показывать свою слабость.

— Благодарю вас, — голос звучал очень сухо, без сочувствия.

Я рассматривала жесткий профиль. А может быть, это была не случайность? Трудно поверить, что допустили такую оплошность, спихнув вину на стажера. Может быть, кто-то хотел показать содержимое гроба, чтобы посмотреть реакцию?

Мужчина закончил писать, попрощался и выбрался из машины.

— За ним нужно проследить, — тихо сказала я.

Охранник обернулся.

— Он из Следственного комитета, — сказал он, когда понял, что меня бесполезно сверлить взглядом. — У нас будут проблемы.

Я хотела прикрикнуть: за что я вам плачу? Но если кого и просить, то Андрея, у него и так нелады с законом, а зачем неприятности обычному охраннику?..

— Забудьте, — сказала я.

Дома я, не раздеваясь, упала в постель.

Андрей укрыл меня, вздрагивающую и икающую после истерики, покрывалом. Чертова эксгумация все вернула: боль, воспоминания, кошмары наяву. «Обещай… Обещай, что бы ни случилось, ты дождешься». Его голос и раньше приходил в снах, звучал в памяти. Я бы ждала тебя вечно, Эмиль… Если бы знала, что ты придешь.

Я стонала, как немая или безумная, свернувшись в комочек. Андрей баюкал меня, положив мою голову к себе на колени. Как хорошо, что он со мной… Одна я бы не вынесла сегодняшний день.

Обессиленная эмоциями, я уснула. Пробуждение было неприятным, но за окном темнело и я порадовалась, что ужасный день подходит к концу.

Я привстала.

— Андрей?

Он вошел с чашкой чая.

— Как ты себя чувствуешь? Это тебе, — чашку он поставил на пол. — Я хотел тебя будить… Мне нужно уйти по делам, ласточка. Справишься одна?

Он ласково убрал волосы и поцеловал в лоб.

— Куда ты?

— Я же сказал — по делам, — тон остался нежным, но после трудного брака с Эмилем я научилась считывать истинные чувства мужчин ко мне.

Андрея раздражал вопрос, и я просто кивнула.

— Конечно.

Когда Андрей ушел, я взяла с пола чай и села, завернувшись в покрывало. Сюда бы ромашки, мяты, но Андрей еще не знает, что я люблю. Я включила телевизор и нашла местный канал. Как я и думала, в вечерних новостях говорили про эксгумацию Эмиля Каца. Мелькнули кадры, где я ору, а ко мне бросаются мои мужчины. Господи…

Я выключила новости, посидела, и полезла в интернет.