Навеки твоя

— Ты торопишься?

— Да, — агрессивно ответил он. — Я семь месяцев не видел ребенка.

Все еще злится. И, наверное, так будет долго. Он вернул себе жену, только не простил. Я тоже хочу увидеть малыша. Я безумно соскучилась, но при мысли, что будет потом — меня кидало в дрожь. Я не понимала, какую роль Эмиль отводит мне в своей жизни теперь? Видит ли вообще рядом?

— Встретишься с ней, заберешь сына, про меня ничего не скажешь. Потом нас ждет новая жизнь, — он мрачно взглянул на меня. — Звони. Пусть летит ближайшим рейсом.

Новая жизнь… Это пугало сильнее, чем угрозы. Но старую ему уже не вернуть — его посадят.

— Что сказать твоему брату? — убито спросила я.

— Ничего. Это не его дело.

Вот мама обрадуется… Она устала вдали от меня, и Феликс будет рад вернуться к своим делам. Я набрала номер, представляя долгожданную встречу. Раньше я даже мечтать не смела, что наша семья соберется вместе. Теперь нам придется бежать, и хочу ли я всю жизнь провести в бегах, Эмиль не спросил.

Глава 36

Мама смогла прилететь только через три дня.

Это время мужчины готовились. С Эмилем мы почти не говорили, хотя жили в одной комнате и спали в одной постели. Все делали механически: он вставал, я заправляла постель, варила им кофе. Семейная жизнь в аду.

Перед рейсом Эмиль посадил меня перед собой. Я отстраненно слушала спокойный голос.

— Из аэропорта пусть их заберет охрана, — сказал он. — Встретишься с ними в безопасном месте, успокоишь мать и возьмешь ребенка.

— Антон поедет с нами?

Вчера они делили деньги и патроны: по-братски, пополам. У меня сложилось впечатление, что наши пути расходятся.

— Он нас прикроет. Вещи ребенку собрала?

— Да.

Пока мужчины решали, как быть дальше, мне досталась чисто женская роль. Я собирала детское питание, памперсы, бутылочки. Это полностью моя забота — ничего не забыть. Это помогало отвлечься. От тяжелых мыслей, неизвестности, ожиданий. Я понимала, что мы уедем навсегда и больше я не увижу родных.

Может быть, вдали от города, если мы сожжем мосты, со временем все наладится, но сейчас я в это не верила.

— Мне кажется или ты не хочешь ехать? — в голосе мерещилась угроза. — Дина?

— Не знаю, — я поджала губы, боясь отвечать.