Навеки мой

Напомнив себе, что его отношения с родителями не ее дело, она последовала за герцогом.

– Музыкальный салон, – сказал он, распахивая двери.

Но Софи и так уже это поняла, увидев рояль и накрытую чехлом арфу. И все же красота этой комнаты буквально заворожила ее. Три стены сплошь состояли из высоких окон, перед которыми раскинулся сад. Оставшаяся стена и промежутки между окнами были выкрашены в желтый цвет. Рамы обрамляли длинные занавеси из струящегося шелка того же оттенка, что и обивка на стульях. В узор вплеталась музыкальная фраза, а в промежутках между нотами виднелись причудливые арфы и лиры.

Однако самым замечательным предметом был рояль. На таком инструменте мог играть только настоящий виртуоз. Софи осторожно подняла крышку. Именная табличка гласила, что рояль изготовила фирма «Джон Бродвуд и сыновья». Отец Софи считал, что эти мастера делают самые лучшие музыкальные инструменты.

– Вы играете? – Она коснулась клавиш, однако звук оказался не очень чистым.

– Нет.

– Поете?

– Не слишком хорошо.

Софи удивленно посмотрела на хозяина дома.

– Я всегда думала, что джентльменов обучают музыке.

Однако вместо ответа герцог спросил:

– А вы играете?

– Да. Но рояль расстроен. – Она опустила крышку. Как жаль! Иметь в доме прекрасный инструмент, на котором никто не играет. – Директриса школы, где я училась, настаивала на том, чтобы девочки обучились игре хотя бы на одном музыкальном инструменте. – Софи огляделась.

– Поскольку я не играю, мне нечего тут делать.

Какое расточительство! Иметь прекрасное помещение и не использовать его. Если бы здесь жила семья Софи, эта комната стала бы самой любимой. Отец аккомпанировал бы на рояле матери, распевающей арии из опер и романсы.

Девушка отчаянно заморгала, желая избавиться от возникшей перед глазами картины, которой никогда больше не увидит. Она подошла к окну, встав спиной к роялю. Отсюда можно было смотреть на украшенный колоннами вход в дом – еще более внушительный при свете дня.