Научу тебя плохому (СИ)

— Блядь, ну вот зачем ты вышла, а? — продолжает шептать Марк, одновременно стягивая с меня джинсы. Когда он успел расправиться с ремнем и ширинкой — для меня остается загадкой. — Нет, Еся, все, баста, здесь ты работать не будешь, нехер.

— Чего? — смотрю на него обескуражено, словно ушатом ледяной воды облитая.

Опять? Серьезно? На колу мочало, начинай сначала?

— Марк, хватит, подожди, — останавливаю его, начинаю сползать со стола, пока на мне еще хотя бы трусы красуются. Какого, вообще, черта? Договорились же.

Отталкиваю парня, собираюсь уже спрыгнуть со стола. Опускаю голову и начинаю дышать часто. Стиснув челюсти до зубовного скрежета, пытаюсь успокоиться, чтобы не наговорить лишнего. А сдерживаться становится все сложнее. Это невозможно же, ненормально! Вот так менять свои решения, наплевав на обещания, потому что сам себе чего-то надумал.

— Есь, — он снова пытается меня обнять, а я уворачиваюсь.

Мне с ним хорошо, по-настоящему хорошо и спокойно, но его стремительно меняющееся настроение порядком достает.

— Мне работать надо.

— Есь, ну чего ты, маленькая?

— Чего? — рявкаю, не сдержавшись. — Ты еще спрашиваешь? Ты все решаешь за меня. И решения свои меняешь, когда в голову моча стрельнет.

— Это не правда.

— Разве? А сейчас это что такое было? Мои желания не в счет! Я никого не трогаю, сижу на складе, даже не общаюсь ни с кем без надобности, потому что ты сразу бесишься.

— Я никогда бы не причинил тебе вреда, — слишком спокойно произносит Марк, правда, взгляд его горит бешенством.

— Ты давишь, неужели ты этого не видишь, — вздыхаю устало.

— А ты?

— Что я? — поднимаю на него глаза.

— Не видишь?

— Чего не вижу?

— Я ревную, Еся, я пиздец, как ревную и нихрена не могу с этим поделать! — он срывается на крик. А я смотрю на него, вот такого придурковатого и начинаю улыбаться.

Вместо ответа прижимаюсь к нему, обнимаю крепко, губами касаюсь груди.

— Не надо ревновать, ну кому я нужна, — улыбаюсь, чувствуя, как меня обнимают в ответ, гладят по волосам.