Навь. Книга 5

"

"Ну вот еще и леди-ковбой, точнее, как ее назвать — ковгерл, что ли? Рыжеволосая красавица лет тридцати, одетая тоже в ковбойку, но вместо джинсов — потертые джинсовые шорты с торчащими внизу махрами.

— О, Тами, и ты здесь!

— А где же мне еще быть, сладкий? А это что за симпатичный мальчуган?

— Племянник мой, Алекс.

— Здравствуйте, мэм, — сквозь факел выхлопа от виски сказал я.

— Мэм, ну ты слышал, Билл! — засмеялась Тами, плюхнувшись на стул рядом.

— Он городской, что с него взять. Зато вежливый.

— Хороший мальчуган, — она потрепала меня по щеке.

— Генри, налей еще даме!

— Сейчас!

И понеслось. События наутро я помнил урывками. Стаканы, гремящее из динамиков кантри, Билл, поездка домой уже с Тами, дикая скачка на мне… Господи!

Я с трудом разлепил веки. Спальня, где я оказался, была залита утренним солнцем. И я был не один. Тами стояла у окна спиной ко мне в одних трусиках. Вот она натянула бюстгальтер, потянула со стула шортики…

— С добрым утром, зайка! — она повернулась ко мне вполоборота.

— Разве утро может быть добрым? — простонал я. Вот это я вчера нажрался… Голову свело, словно на ней была каска, размером меньше черепа, а во рту словно медведь опорожнился.

— А ты был вчера хорош! — Она подмигнула мне. — Если задержишься, еще повторим.

— Возможно, — ответил я. Неужели я один так набрался? Тами была свежая и совершенно не выглядела разбитой. Фу-у, как от меня разит… Новый аромат «Перегар от Бодунофф».

— Пошли перекусим, — она снова подмигнула мне.

— Неее, — застонал я.

— Да ладно, пошли! — она подошла к кровати, и потянув за руку, помогла подняться.

Я натянул свои вещи с пятого раза, то путаясь в вывернутых рукавах, то не попадая в штанины. Наконец мне это удалось, и я, держась за стену, потащился в кухню.

— А, вот и ты! — радостно приветствовал меня Билл, ставя передо мной тарелку со здоровым куском мяса.

— Есть что попить? — простонал я.

— А как же, — Билл открыл холодильник и вытащил оттуда сикс-пак холодного «Лон стар».

— Мне тоже, — заявила Тами, орудующая ножом и вилкой с таким же стейком.

— Ну как он тебе? — спросил у нее Билл.

— Наш человек. Натурал. Умучал меня за ночь. А хрен у него как монумент Вашингтону, — Тами отправила кусок мяса в рот, и повернула ключ на банке.

Я приложил ледяную, истекающую конденсатом банку к своей больной голове. Потом не выдержал, сорвал кольцо и выхлебал ее в два глотка. Вроде слегка полегчало. Я потянулся за второй.