Навь. Книга 5

Теперь его задача — поработать трассовым сопровождением, и передать его группе захвата по достижению установленной точки.

Лопатин черттыхался. Опять какой-то урод поставил фургон на дороге, не подъехать, не пройти. Он выключил зажигание, и выше из машины.

— Эй вы там! — забарабанил он в заднюю дверь фургона. — Уберите вою колымагу!

Хлопнула дверь со стороны водителя, и послышались шаги по поскрипывающему снежку.

— Зачэм шумишь, дарагой! — перед ним появился скалящийся в шестьдесятчетыре зуба восточный человек.

— Убери свой рыдван, мне надо проехать!

— А надо? — акцент мигом исчез.

Лопатин немного опешил, и тут ему на голову набросили что-то черное, а потом он почувствовал укол в шею, и наступила темнота.

— Давайте его в фургон, — Козьма открыл заднюю дверцу. Дальше я один. А вы позаботьтесь о его машине.

— Есть, — сказал Рык. — Пошли!

— Сейчас, шприц уберу, — Гром ловким движением надел колпачок на иглу. — Пошли.

…Пробуждение Лопатина было паршивым. Во-первых, он ничего не помнил из произошедшего.

"Открыв глаза, он попытался вскочить на ноги, но нет, его руки и ноги были чем-то прикованы. Он неверяще посмотрел вниз — его запястья были прикованы к железным поручням стула, на котором он сидел. А где он вообще находится? Небольшая полутемная комната, стол и двое господ, сидящих перед ним, и смотрящих на него в упор.

— Вы, вы…

— Да, мы. Позвольте представиться…

— Я вас знаю, вы граф Драбицын.

— Ну надо же, как дешевые СМИ меня разрекламировали, — пожаловался граф деду Козьме, сидящему рядом.

— А вот вас я не знаю…

— Ну тогда позвольте представиться, — с милой улыбкой Деда Мороза, пристраивающего петельку к потолку под табуреткой для непослушных детей, сказал второй. — Генерал Радогорцев, начальник службы охраны Его Императорского Величества.

Лопатина пробрал озноб.

— Это же похищение!

— Да, — невозмутимо ответил граф.

— Немедленно отпустите меня! Да я на вас в суд подам.

— Он в это верит? — Драбицын задал вопрос Козьме.

Тот лишь невозмутимо повел уголками рта.

— Какой суд, какой вообще разговор? Вы обвиняетесь в пособничестве в покушении на Государя Императора. А значит суд вам не положен. И в уложении о наказаниях за такое положено только одно — смертная казнь через повешение.

— Ккаккое поккушение, — начал заикаться Лопатин, цепенея от ужаса. — Яя не…

— Участвовали.