Наследница Повелителя Теней: новая жизнь

Только устроившись за столиком так, чтобы иметь возможность наблюдать за нужным человеком, осмелилась снова бросить беглый взгляд в его сторону. Ридан отсалютовал мне бокалом и широко улыбнулся. Я изобразила вид оскорбленной королевы, стараясь сделать это максимально фальшиво, и вздернула подбородок. Но от этого улыбка Ридана только шире стала. Особенно когда я начала в деланной панике осматривать выстроенные по обе стороны тарелки столовые приборы. Для незнакомого с тем, как со всем этим обращаться, человека – то еще испытание.

Я постаралась отключить Елену напрочь и вспомнить себя прежнюю. Как-то непроизвольно заерзала и заволновалась, чувствуя себя неуютно в такой обстановке. Даже салфетку не пришлось ронять специально, она сама как-то соскользнула на пол. И я полезла ее доставать, нарочито демонстрируя длинные стройные ноги. Ридан не отказал себе в удовольствии их оценить и подмигнул мне, когда я, выпрямившись, бросила сердитый взгляд в его сторону.

Те, кто бронировал тут столик, позаботились о том, что найти такое место, где бы объект меня точно заметил.

Ну что ж, продолжим представление! Я начала копаться в дамской сумочке, перемежая процесс недовольными репликами на нирдском и ругательствами, когда не смогла сразу найти минивизор. Наконец, достала и связалась с Елисеем, который должен был изображать кинувшего меня кавалера. Не стоило исключать вероятности, что Ридан умеет читать по губам. Если уж меня этому обучили, как необходимому навыку, то не стоило исключить, что и он тоже умеет. Тем более что ставить изолирующую звуковую завесу пришлось – было бы подозрительно и слишком нарочито, если бы я это не сделала. Большинство людей говорили по минивизору именно в таком режиме. Если, конечно, не было необходимости, чтобы разговор слышал кто-то еще.

– Котик, ну ты где? – плаксивым тоном произнесла я. Звук Ридан, конечно, не услышит, но выражение лица создаст нужную картину. – Я уже тут, а тебя нету!

На экране появилось лицо Елисея, которое для окружающих сейчас казалось размытым и искаженным – помогала все та же завеса.

А значит, его слова по губам точно никто прочесть не сможет. И он, в отличие от меня, мог говорить все, что угодно.

– Котик? – иронично произнес он. – Другое ласкательное подобрать не смогла? Впрочем, мне нравится, как это звучит из твоих уст!

Вот ведь кошак ехидный! Сдерживая мстительную улыбку, продолжила:

– Ну, козлик, и долго мне еще ждать?

От «козлика» улыбка Елисея несколько померкла, потом он хмыкнул.