Жена неверного генерала, или Попаданка на отборе

– Чтобы мой козлиный муженек думал, что я от него без ума? Ну уж нет!

Мы с грызуном немного поспорили и решили, что на эпистолярном испытании я все-таки зачитаю свой доклад про полезные ископаемые, черновик которого у меня остался, но затем мне все-таки нужно будет выставить себя в дурном свете, чтобы усыпить бдительность Агнесс.

Тем более, для этого в ближайшее время предвиделся хороший повод – прием, который устраивали мой отец Клифф Гастелло и его жена Мерседес, на который, разумеется, мы были приглашены.

В итоге эпистолярное испытание в Зале Безмятежных Дум Серинитета прошло спокойно, даже скучно.

Остальные участницы представили анекдот, басню и даже сказку – им очень долго хлопали.

От меня, конечно, все ожидали развлечения. Я видела, как все придворные, которые присутствовали на чтениях, ехидно заулыбались, когда я поднялась на возвышение, с которого девушки зачитывали свои сочинения, и мне подали якобы мой лист, который достали из урны.

Самое удивительное, что на нем была написана торжественная ода Эдриану – Агнесс все-таки постаралась, она явно хотела протолкнуть свою тему, выставляя меня влюбленной идиоткой.

Но я не ударила в грязь лицом и с каменным видом зачитала наизусть про свои полезные ископаемые. При всем желании посмеяться над этим текстом не получилось бы, поэтому я даже удостоилась аплодисментов придворных.

При этом они удивленно переглядывались и перешептывались – от меня явно ждали очередного неадеквата, но на этот раз я разочаровала.

Самое интересное, что я даже обратила внимание, кто первым стал хлопать. Это был Данте. Потом к нему присоединился император Валериан, а потом уже и остальные.

Нерисса демонстративно сложила руки на груди, а Эдриан сидел со скучающим видом – полезные ископаемые его явно не впечатлили.

Зато моего мужа, как и всех остальных, впечатлило эссе Агнесс о добродетели и любви к ближним, которое она зачитывала последней."

"– Доброта, как нежный свет, проникает в глубины человеческих душ, освещая темные уголки сердец, – вещала Агнесс со слезами на глазах и дрожащим голоском.